Misterium Tremendum. Тайна, приводящая в трепет

– Да, – кивнул старик, – это одна из легенд. Она содержит в себе небольшую долю правды. На самом деле НИИАБМ нечто вроде аппендикса, который почти двадцать лет назад был удален из организма и стал жить самостоятельной, довольно призрачной жизнью. Организм назывался Институтом экстремальной медицины. В советские времена там работали отличные врачи, готовили кадры для спецподразделений КГБ и ГРУ. Когда система стала разваливаться, врачам захотелось свободы и денег, но все они имели высшую степень секретности, и слинять на Запад им было сложно, даже в то смутное время. Конечно, получилось несправедливо. Прежних своих привилегий они лишились, а секретность осталась. И вот одному умному жулику из руководства института удалось за хорошие взятки получить разрешение на создание частной клиники и забрать туда часть специалистов. Система подготовки спецназа включает много всего интересного и полезного, не только для боевых действий, но и для обычной жизни. Мощный психологический тренинг, мягкая химия, гормоны, растительные и минеральные препараты, которые запускают защитные функции организма. Правда, жулику удалось переманить не лучших специалистов, а всего лишь самых жадных и нетерпеливых, потому я и назвал НИИАБМ аппендиксом. Но мы опять уходим от главной темы. Кто из вас возьмется ответить на вопрос: почему, собственно, у нас возникла необходимость встретить господина Радела?

Повисла пауза. Дима и Олег пожали плечами. Ирина сидела все так же, сложив ладони.

– Ирина Владиславовна, вы что думаете? – обратился к ней старик."

"Она медленно опустила руки на колени и ровным, слегка хриплым голосом, произнесла:

– Нам этого не объяснили. Вряд ли мне стоит озвучивать свои праздные дилетантские догадки.

– Нет, вы все-таки озвучьте, пожалуйста. Очень интересно. – Старик быстро вытащил правую руку и повторил странный жест, прижал к губам указательный палец.

Ирина открыла рот, но ничего не сказала, лицо ее вытянулось, брови поползли вверх.

В кабинет заглянул капитан, поздоровался со всеми.

– Свари-ка нам, дружок, кофейку, – попросил Агапкин и посмотрел на Ирину с доброй, ласковой улыбкой. – Или кто-нибудь хочет чаю? Мята, ромашка, шиповник, ибискус, мистериум тремендум.

– Федор Федорович, такого нет чая, вы не сказали, я не купил, – смутился охранник.

– И не надо, он все равно невкусный, – Агапкин весело захихикал. – Ну, так кто что будет пить?

Все, кроме Ирины, попросили кофе. Она ничего не сказала и вдруг резко поднялась. Адам зарычал, оскалился. Никогда еще Петр Борисович не видел мирного старого пса таким грозным.

– Простите, мне надо выйти, – испуганно пролопотала Ирина, – мне надо выйти, а он не пускает.

– Адам, ко мне! – позвал Агапкин.