Прививка для маньяка

Варвара Михайловна смущенно косилась на Глеба и явно чувствовала себя очень неловко. Несколько раз она пыталась заговорить, Звоницкий резко пресекал эти попытки. Уже на подъезде к клинике он, не выдержав, спросил:

— Скажите, пожалуйста, а чего так боится ваша дочь?

Варвара Михайловна вздрогнула и уставилась на него круглыми глазами:

— Ваша дочь Кира чего-то боится. Она выглядит как человек на грани нервного срыва. Простите, это, конечно, не мое дело, но вы сами сказали…

— Что я такого сказала? — Домработница выпрямилась, будто готовясь к обороне.

Пожилая дама стрельнула глазами в сторону внука, облизала губы и тихо, но твердо произнесла:

— Я вас не понимаю, Глеб Аркадьевич. Кстати, мы уже приехали.

— Ну-ну, — покивал ветеринар. — В таком случае прошу на выход.

Он отключил сигнализацию, открыл клинику и прошелся по комнатам, включая повсюду свет. Алеша ходил следом с котом на руках, зачарованно глядя по сторонам. Аппарат УЗИ совершенно заворожил мальчика. Пока Звоницкий водил датчиком по впалому животу котенка, Алеша, раскрыв рот, следил за изображением на мониторе. Глеб Аркадьевич искоса поглядывал на внука домработницы. До чего же красивый ребенок, копия матери. Интересно, а отец у этого мальчика есть? Он никогда не слышал, чтобы Варвара Михайловна упоминала о зяте. Иногда, в благодушном расположении духа, Звоницкий был не прочь выслушать какую-нибудь историю из жизни своей домработницы. Чаще всего она рассказывала про Алешеньку, но никакой другой мужчина ни разу не упоминался.

— А это что? — поинтересовался мальчик, показывая на размытые тени на экране.

— Это? Внутренности твоего кота. Смотри, вот это мочевой пузырь, — принялся пояснять Глеб. — Видно воспаление, поэтому твой Зайчик и болен. Мы поколем антибиотики, и все будет просто замечательно.

— Здо-о-рово! — восхищенно протянул Алеша. — Вы каждого зверя можете спасти? Как доктор Айболит, да? «Приходи к нему лечиться и корова, и волчица, и жучок, и червячок, и медведица!» — процитировал на память умненький дошкольник.

— Знаешь, медведиц лечить мне еще не приходилось, — улыбнувшись, признался Звоницкий. — И за лечение червяка я бы тоже не взялся. А так — да, любому зверю помогу, хотя бы попытаюсь помочь.

— Наверное, ваша профессия — самая интересная и… это, благородная на свете! — с задумчивым видом проговорил Алеша.

— Ты тоже можешь стать ветеринаром, когда вырастешь, — погладил его по голове Глеб Аркадьевич.

— Не могу, — совершенно по-взрослому вздохнул мальчик. — Я должен стать суперагентом.

— Кем-кем? — удивился ветеринар.

— Суперагентом, — повторил Алеша. — Как мой папа.

Звоницкий покосился в проем двери. Варвара Михайловна сидела на стуле в приемной, закрыв глаза. Вид у домработницы был предельно усталый.