Прививка для маньяка

Наверное, не годится вот так бесцеремонно вламываться в дом, где есть маленькие дети. Алеша и его сестренки могут испугаться, а Глеб не хотел изображать людоеда из страшной сказки. Он достал телефон и набрал номер Киры. Та ответила сонным голоском:

— Кира, это Глеб. Я жду тебя у подъезда в машине. Даю пять минут на сборы. У меня к тебе важный разговор.

— Но я не хочу… — пролепетала женщина, — не хочу никаких важных разговоров! Мне нужно принять душ и позавтракать… И покормить Алешу…

Но Звоницкого было не пронять — он уже понял, как нужно обращаться с Костомаровой. Простые фразы, властный тон, четкие приказы — в общем, как с салагой в армии. Тогда Кира сделает все, как нужно.

— Алешку покормит Варвара Михайловна. А мы с тобой побеседуем за чашкой кофе. Пять минут, иначе я поднимусь в квартиру.

— Я сейчас, — пискнула Кира.

— Вот так-то лучше! — сказал Звоницкий в пространство. Сейчас он выяснит, какие тайны скрывает эта бестолковая красавица, и постарается сделать все возможное и невозможное для спасения Яны Казимировой.

Во дворе многоэтажки сноровисто работали дворники — целая бригада выходцев из Средней Азии. Когда Звоницкий служил на границе, у него был друг Нихад Шарипов. Образованный — учился на филфаке — и куда более умный, чем Глеб. В те времена в армии служили все — ну, может быть, кроме будущих дипломатов. Глеб и Нихад часто патрулировали в паре — каждый со своей собакой, вдвоем дежурили в караулке. Долгие часы надо было как-то скоротать, и Нихад поставил себе непосильную задачу — научить своего приятеля фарси. Персидский язык был красив и цветист, на его диалектах говорили в Таджикистане, Иране и, собственно, в Афгане, чью границу они охраняли. Война тогда только что закончилась, советские войска уже вывели, и наступило время краткого затишья. Нихад оттачивал на Глебе педагогические навыки, а тот старательно зубрил чужой незнакомый язык. Получалось так себе, но кое-что Звоницкий помнил до сих пор.

Ветеринар повнимательнее вгляделся в лица дворников. Да, кажется, это таджики. По сравнению с узбеками у них более округлые лица, а в разговоре мелькали давно забытые слова. Один из одетых в форму трудяг прошел совсем рядом, старательно орудуя метлой, и Глеб посторонился, давая ему дорогу. Мужик был невысокий и щуплый, сначала он показался Глебу юношей, но потом Звоницкий отметил морщины на лице, умные черные глаза и понял, что тот, вероятно, его ровесник.

Мужчина был отдаленно похож на Нихада. А может, это и есть его армейский друг?! После развала Союза судьба разбросала людей, жизнь круто переменилась, и университетский преподаватель вполне может оказаться московским дворником, трудовым мигрантом… Вряд ли Глеб узнает Нихада, даже если столкнется с ним нос к носу.