Прививка для маньяка

Он прилежно осмотрел попугая — к слову, совершенно здорового — и радостно сообщил Ольге Дмитриевне, что с Иннокентием все в порядке.

— А куда подевалась ваша милая Яночка? — Глаза престарелой любительницы попугаев сверкнули лукавым блеском.

— Э-э… Яна уехала на время к родственникам, — неуклюже соврал Глеб.

— Я почему-то так и подумала, — многозначительно улыбнулась старушка. — А эта привлекательная блондинка в приемной — это кто?

— Моя новая сотрудница, — отрезал Звоницкий, доставая обычную упаковку витаминов. — Вот, прошу вас. По одной капсуле в день, и все будет хорошо.

— Жаль, что для людей не придумали такого лекарства, — вздохнула Ольга Дмитриевна, — чтобы одна доза — и все стало бы хорошо! А как поживает Кирочка Костомарова? — неожиданно спросила она.

— Вы знаете Киру? — растерялся Глеб.

— Ну, конечно! Такая милая девочка и такая несчастная…

— Несчастная? Почему это?

— Как же! — скорбно улыбнулась пожилая дама. — Ведь она мать-одиночка! Одна воспитывает крошку сына.

— Насколько я знаю, у нее есть мать и сестра, которые ей помогают, — сухо произнес ветеринар. — До свидания, Ольга Дмитриевна.

— Нет, постойте! — Старушка положила свою руку, напоминавшую птичью лапку, на рукав Глеба. — Я хочу вам кое-что рассказать. Дело в том, что я познакомилась с Кирочкой в очень необычном месте.

— Необычном? — Ветеринар поневоле заинтересовался. От Киры, как он уже убедился, можно было ожидать чего угодно.

— В психиатрической лечебнице, — смущенно потупилась старушка.

Глеб взглянул на Ольгу Дмитриевну другими глазами, он ведь считал, что ее странности носят возрастной характер…

— Не подумайте плохого, — продолжала хозяйка попугая. — Дело в том, что у меня был нервный срыв. Начиная с 1991 года, когда произошел путч и по улицам ездили танки, помните?

— Ольга Дмитриевна, при чем тут путч? — едва не взвыл Звоницкий.

— При том, что с тех пор у меня каждые десять лет происходит нервный срыв!

— Это вам еще повезло, — усмехнулся Глеб. — Вот у меня эти штуки случаются куда чаще.

— Напрасно смеетесь! — поджала тонкие губы старушка. — Мои нервные срывы очень серьезны. И я каждый раз попадаю в стационар!

— А что там делала Кира? — поинтересовался он. — Кого-то навещала?

— Нет! — торжествующе сообщила дама. — Она была точно такой же пациенткой, как и я. Одно время мы даже лежали в одной палате, но потом Кирочку почему-то перевели в другую.

«Ага, — сообразил Звоницкий. — Видимо, Кирочка просто не могла больше выносить общества престарелой болтушки, вот и попросила перевести куда угодно, только подальше».

— Мы очень сдружились, — как ни в чем не бывало, продолжала Ольга Дмитриевна. — Несчастье, знаете ли, сближает людей. Я даже немного опекала Киру.