Прививка для маньяка

Бородатый за все заплатит! И за это тоже!

Но для начала надо как-то вернуться в мир живых, а для этого, кажется, предстоит пройти бюрократические преграды.

Вернулся довольный доктор, принес грелку, наполненную льдом. Глеб принял ее с благодарностью и прижал ко лбу.

— Это вы об лампу приложились, — сочувственно произнес патологоанатом. — Я же не знал, что вы того… встанете, вот и опустил ее пониже. Лампа коротнула, свет погас. У нас такое бывает.

— А бывает такое, чтобы ваши… пациенты оживали? — поинтересовался Звоницкий.

— Случается, — ухмыльнулся Игорь Сергеевич. — Два-три случая в год бывает. В основном вот так, внезапно, оживают после поражения током. Ну, еще «алконавты», у тех вообще много необъяснимого приключается. Слышали, наверное, как они с высоты падают без всяких последствий? Или в сугробе ночуют, утром привозят: синий весь, а он полежит-полежит — и проснется.

— Эх, работа у вас нервная, — посочувствовал ветеринар.

— Да и у вас ведь не лучше, — вздохнул доктор. — Так вы мне визиточку-то оставите?

— Обязательно! — пообещал Глеб. Тут двери в подвальное помещение распахнулись, и двое санитаров вкатили в морг каталку.

— Это вы, что ли, оживший? — поинтересовался старший. — Ложитесь сюда, мы вас в терапию доставим.

Глеб смерил взглядом худосочные фигуры санитаров — то ли студентов, то ли просто доходяг — и попросил:

— Вы мне, главное, одежду дайте, а там уж я сам дойду.

— Не положено, — отрезал санитар. — Ну чего, капризничать будем или как?

— Или как, — вздохнул Звоницкий, скинул куртку, улегся на каталку и укрылся одеялом. — До свидания, Игорь Сергеевич!

— Лучше прощайте! — хохотнул патологоанатом и закрыл дверь.

На лифте Глеба подняли на второй этаж и вкатили в помещение, про которое он мог сказать только одно — тепло, светло, а главное — стоит кровать, рядом с которой сидела на стуле элегантная дама в белом халате и постукивала ручкой по блокноту. По этому раздраженному постукиванию, по туфлям на высоком каблуке, по общему впечатлению ухоженности и достатка Глеб понял, что перед ним не врач, а какой-нибудь чиновник от медицины, привыкший иметь дело не с больными, а с бумагами и статистическими отчетами.

— Почему так долго? — Дама сдвинула узкие очочки на кончик носа и ледяным взглядом смерила всю троицу — Глеба и санитаров.

— Так это… Маргарита Евгеньевна, он сопротивлялся, — промямлил старший из санитаров.

Маргарита Евгеньевна взглянула на Звоницкого с плохо скрываемым отвращением. Ветеринар почувствовал, что начинает злиться. Он ведь не алкаш, которого подобрали на улице, а приличный человек. В конце-то концов, в этой истории именно он — пострадавшая сторона.

— Переложите его! — скомандовала дама.

Санитары отважно взялись за ручки носилок.