Приверженная

Порой, принимая одно из важнейших решений своей жизни, мы словно стоим на краю обрыва. Как в него не угодить? Что сделать? Нужен совет, поддержка, внимание… Желание посмотреть на ситуацию со стороны сводит зубы! Но и на это нет времени! Есть только здесь и сейчас.

А в стрессовых ситуациях человек склонен принимать решения сходя из прошлых мыслей; мировоззрения, которое могло устареть.

Я помню, те секунды и вряд ли когда-то забуду. Удары сердца отсчитывали секунды, глаза жадно хватали все, что попадалось на пути, желая запомнить. Я сама хотела уйти с легкой досадой и поверхностным сомнением, чтобы потом не испытывать боль, но… Сейчас оно давалось мне слишком тяжко.

Кирилл вывел меня на улицу, придерживая за руку. Ему таки удалось уговорить меня надеть подаренные украшения и он чертовски обжигали кожу, словно нечто чужое, украденное и не мое… Я то и дело теребила их, никак не придумая предлога, чтобы снять.

Он поцеловал меня в висок у машины, в которой уже сидел Макс, а затем повернул к себе и прошептал прямо в губы:

— Ты будешь умницей? — рука мужчины погладила мой живот через шубу и я вздрогнула.

Черт… Слова его казались такими двоякими, такими резкими и колкими, что дышать стало тяжело. Вряд ли я смела касаться к нему теперь, но все же осторожно придвинулась и обняла. Без слов. На память. И пусть нам не суждено быть вместе, пусть он подарил мне слишком много боли и проблем, но остались и хорошие воспоминания… как это не странно. И я была благодарна ему за это.

— Я буду хорошей девочкой. — честно прошептала я ему на ухо, прекрасно понимая, что для меня эти слова не пустой звук. Я обеспечу нашим детям лучшее будущее. Разобьюсь в лешепку, сделаю все возможное, буду любить их и заботиться, как никто другой.

Осторожно отстраняясь, я кратко поцеловала Шакалова в губы. Не знаю, зачем… Это было что-то животное, не мое. Стоило мне коснуться его, как что-то странное заставило замереть и прилипнуть…

— Черничка, нам уже пора. Анджела звонила уже три раза. — саркастично пропел Шакалов с довольной ухмылкой, а затем отстранился и одними губами прошептал: — Но у нас будет свободный вечер.

Я не стала что-то отвечать. Позволила Кириллу открыть мне двери в машину и села рядом с Максом. Он сидел напротив, рядом с двумя охранниками, когда возле меня располагался лишь один.

— Привет, Кристина, — холодно поздоровался Абрамов и отвернулся к окну. — Хорошо выглядишь. Прямо черный лебедь в снегу.

Язык не поворачивался что-то сказать, поэтому я просто прикусила язык и отвернулась к окну. Макс сидел с каменным лицом, полным спокойствия и скуки. Мне не было то жарко, то холодно. Холодный пот стекал по шее, заставляя снова и снова вздрагивать.