Приват-танец мисс Марпл

Теща дорогая соловьем заливается: «Ой, не понимаю, как это вышло! Отвернулась, а он за калитку удрал, упал». Я тогда сурово сказал: «Ступайте, Валентина Ивановна, вон. Больше вам с внуком сидеть не разрешу. Доверие потеряли». Жена в истерику, а я ее встряхнул, спросил: «Хочешь, чтобы Мишку машина сбила? Пока твоя мать сериал смотрела, мальчишка на дорогу выбрался. Все, сама теперь с ним занимайся, с работы увольняйся». Голиковы не знают, куда их Макс усвистел. А почему? Нянька ихняя в отпуск уехала, мать с ребенком почти не знакома, у нее дел полно – то в фитнес съездить, то по магазинам пошляться. Мне горничная Голиковых рассказала, что Макс последнюю неделю днем хнычет, а ночью вообще не спит, кричит, требует любимую няню. Так Анна чего удумала! Вечером, когда ей ребячий вопль надоедает, стелит на террасе плед, кладет туда пацанчика, игрушек ему навалит, а сама в дом, телик зырить. Еще и дверь на веранду закроет, чтобы детский крик кайфовать не мешал. Макс поорет, устанет и заснет, на воздухе-то дети всегда кемарят, тогда мать его в кровать укладывает. Такой мамаше надо руки оборвать! Извините, резко высказался. Пошли, Витек.

– Надеюсь, вы скоро найдете малыша, – пробормотала я и поспешила домой.

Экономная Анфиса, укладываясь спать, выключила свет на участке, не оставила гореть даже лампочку при входе. А вот входную дверь она, зная, что я побежала к Дегтяреву, не заперла. И даже не захлопнула как следует. Конечно, в Ложкине спокойно, но хорошо бы прикрывать дверь, в особенности когда большая часть обитателей дома видит пятый сон.

Я вошла в холл, зажгла люстру и удивилась. Роза, Киса, Афина и Мафи стоят кружком, не обращая ни малейшего внимания на меня, а Гектор сидит на вешалке и тоже рассматривает нечто, привлекшее внимание собак.

– Эй! – окликнула я зверье.

Роза обернулась и тут же снова уставилась в прежнюю точку. Гектор повернул голову и четко произнес:

– Офигеть.

Я сделала пару шагов и поняла, почему собаки и ворон впали в глубочайшее изумление. На кафельной плитке, в окружении двух женских, совершенно точно не принадлежащих никому из тех, кто живет в доме, рваных резиновых сапог, грязного чужого портфеля, пары тряпок и потрепанного веника сидел мальчик в голубых ползунках и кофточке, украшенной принтами в виде разноцветных машинок. Он абсолютно не испугался животных и сосредоточенно пытался вытащить из пасти Кисы зубы, мопсиха покорно стояла и лишь вздыхала, когда крошка дергал ее за клыки и язык.

Я схватила младенца.

– Ты, наверное, Макс? Как ты сюда попал?

Отличные вопросы, в особенности если учесть, что мальчишечка не умеет разговаривать. И не следует гадать, как он очутился в нашем доме, надо срочно отнести храброго путешественника родителям.

Я прижала крошку к груди и рванула к Голиковым.