Приват для незнакомца

Огромных размеров кровать, где одной можно потеряться, стояла посредине комнаты, украшенная белоснежным балдахином с приятной фиолетовой каймой. Мебель: комод, зеркало, столик – все говорило о том, что комната предназначалась для женщины. Очень красиво, нежно, уютно.

Если бы Сесилия отделывала комнату для себя, лучше и не пожелала бы.

– Здесь роскошно.

Девушка прошла дальше и поставила ридикюль на комод. Становилось жарко, и Сесилия, не замечая, что действует инстинктивно, принялась расстегивать пуговицы на жилете.

– Сесилия?

Она не заметила, как Алекс оказался рядом. Он со спины положил руки на ее плечи и властно развернул к себе лицом:

– Ну-ка, лесса, дай я на тебя посмотрю.

Она подняла голову кверху, ей не понравился приказной тон Бардока. Пусть он и помогает ей, и она находится в его доме, но командовать собой не позволит.

Лицо Алекса было нахмуренным. Темные глаза чуть прищурены и обращены на нее.

– Да твою ж мать…

От возмущения и негодования Сесилия ахнула. Чего-чего, а ругательство в ее присутствии – это откровенный перебор. Она уже открыла рот, чтобы поставить все-таки зарвавшегося Алекса на место, но ей не предоставили возможности высказаться.

Алекс поднял руку и прижал ладонь к ее лбу.

– Сесилия, ты почему молчишь? Ты в курсе, что горишь? Что у тебя жар?

Глава 14

– Нет же, я прекрасно себя чувствую. – Сесилия смутилась и попыталась уйти от щекотливой темы.

Куда там."

"Бардок, не желая ничего слушать, повел ее к кровати.

– Приляг.

В свете магических канделябров Сесилии показалось, что она увидела в его глазах нечто напоминающее тревогу.

С чего бы Алексу испытывать за нее тревогу?

– Алекс, спасибо, ты и так помог мне. Не стоит возиться со мной, как…

– Приляг, я сказал.

В его голосе появились жесткие нотки, которые по логике должны были вызвать у Сесилии протест или мурашки, но произвели противоположное впечатление. В груди зародился непонятный смущающий трепет.

– Я…

– Сесилия.

Он посмотрел на нее так, что девушке мгновенно перехотелось спорить. Она подошла к кровати и осторожно опустилась на нее. Руки коснулись шелка и прекрасных выбитых рисунков на покрывале. Сесилии кощунственно было даже трогать подобное чудо, не то чтобы на нем сидеть.

Но все ее смущение, трепет, непонятный восторг и смятение испарились в одночасье, когда она увидела, как опускается на одно колено Алекс.

Прямо перед ней.

Она не успела ничего сказать, во рту все пересохло, да и дальнейшее происходящее никак у нее не могло вязаться с тем Алексом Бардоком, про которого она слышала много нелестных, даже негативных отзывов. Пугающих.

Алекс нырнул одной рукой ей под подол платья и обхватил лодыжку. Выставил ножку вперед и принялся расшнуровать легкие летние ботинки, предназначенные именно для непогоды.