Приват для незнакомца

Более того… Он задрал голову таким образом, чтобы встретиться взглядом с глазами Сесилии.

Увидеть ее реакцию.

Что ж, он одержал небольшую победу, потому что Сесилия внезапно разволновалась, и сильно. Не сказать, чтобы она не привыкла к вниманию мужчин, в Уликсе у нее имелось несколько настойчивых поклонников из числа тех самых клерков и лекарей, но она их подарки и ухаживания воспринимала ровно. Нигде у нее ничто не екало. Ибо… нельзя.

А тут по телу прошлась непонятная дрожь. Она зарождалась в области груди и, проникая в кровь, стремительно распространялась. Сесилия растерянно моргнула. Переволновалась? Растерялась?

Погода стояла чудесная. Мороз усилился, но не до критичной отметки, когда короткое пребывание на улице становилось некомфортным. Луна освещала улицы не хуже магических фонарей. Падал лениво пушистый снег. В такие ночи веришь в волшебство.

И совершенно не веришь во зло.

Притаившееся.

Дышащее тебе в спину.

Наблюдающее.

– Майстрис Бардок, – взволнованно произнесла Сесилия, пытаясь вернуть руку себе. Пригодится еще. Чтобы, например, кому-то дать пощечину. От предвкушения и картины, нарисованной воображением, стало немного легче дышать.

– Да, лесса Сесилия? – В его глазах отразился жадный бесовской блеск.

– Что вы себе позволяете?..

– Еще ничего, лесса.

Ей показалось или в его голосе на самом деле проскользнула ирония? Или предвкушение?

Не так Сесилия представляла поездку в оперу. Правда, ей стоило понять, что все, касаемое Бардока, прогнозировать нереально. Пустая трата времени.

– Как ваше настроение? – Он выпрямился и теперь возвышался над ней.

Снежинки опускались на его ничем не прикрытые черные волосы и таяли.

– Спасибо, прекрасное. А ваше?

Он цинично скривил губы.

– Многообещающее.

Сесилия открыла рот, чтобы уточнить, и одернула себя. Не стоит. Себе дороже выйдет.

Мимо них проезжали коляски, прогуливались мужчины: кто – с тростью, кто – заложив руки за спину. Девы с дуэньями вышли так же подышать свежим воздухом, несмотря на поздний час. Подобной оживленности в Уликсе не встретишь. Большой город – другая жизнь.

– Позволите?

Бардок, сама любезность, предложил ей опереться на его согнутую в локте руку. И каково бы ни было искушение ответить отказом, Сесилия кивнула. Находиться рядом с мужчиной не доставляло ей удовольствия. Постоянно приходилось быть начеку, контролировать, что говоришь, как смотришь.

Вечер обещал быть долгим.

– Благодарю вас за подарки, – сказала Сесилия, когда они подошли к мобилю и Бардок учтиво приоткрыл дверь. – Они… милые. Но я вам их верну. Драгоценности и шуба… лишние.

Алекс снова отреагировал не так, как она ожидала. Думала, разозлится, вспылит.