Притворная дама его величества

На нас могут напасть в монастыре. Что я могу предпринять? Ничего.

Мы выехали рано утром в орущий и нестерпимо воняющий город. По улицам катил королевский дормез, сзади еще один экипаж и куча охраны. Это правильное решение? И да, и нет. Даже если бы было несколько таких выездов, те, кто спланирует покушение, осведомлены не хуже самого короля.

Проклятая политика. Я смотрела на королеву, скрытую покрывалом типа мантильи. Я была одета точно так же и теоретически нас можно было спутать. Практически же я не допускала и мысли, что убийца будет наивен, как киношный злодей. Ха-ха, еще обязательно речь толкнет о том, как все коварно устроено. Да нас уберут, не успеем и пикнуть.

Но ничего не произошло. Мы спокойно ехали на юг, и Теодора по-клейдарски рассказывала очередные притчи.

Я считала, что мы остановимся на ночлег, но нет, мы несколько раз меняли лошадей и только. Наконец стемнело совсем, мы стали готовиться ко сну."

"Дормез было огромен и неповоротлив. Подобные экипажи я видела и в наших музеях, и отличий в этом мире было немного. Если не считать того, что священная эмблема горела под потолком. Но света она не давала, и я не спрашивала, как работает эта магия. Если женщины это знали, меня могло незнание выдать, если не знали — то толку, но так или иначе, кроме утоления любопытства, никакого резона вопрос не имел.

Громадная карета, размером с любимый выходящими замуж девицами лимузин. Высокая, с откидными подножками, внутри спальные места и сиденья, как в обычной карете. Конечно, дормез трясло, как и любую другую карету. Я до этого ездила на дальние расстояния только один раз — во дворец, но у королевы непременно все самое лучшее, стало быть, эту роскошную трясучую телегу можно было посчитать местным лимузином, а экипаж графа де Аллеран, так и быть, автомобилем Е-класса.

Стены обиты тканью — и единственная закрытая масляная лампа, конечно же, красота. Так почему не эмблема? Возможно, карета ее величества недостаточно священна? Зато имелся нужник, которым пользовались все без зазрения совести. Я, отвернувшись, чтобы не смущать ее величество, задумалась: вот — раз — я завела обычай носить трусы, и теперь помогаю их же ей снять, а раньше было намного проще. Два: касаться королевы нельзя, но придворным и прислуге не только можно, но и необходимо. Три: о, черт, какая накрыла меня ностальгия по старым вагонам поездов. Только вместо рельсов бежит земля.

Здесь была лесная дорога, было тихо.

— Не опасно ехать в такое время? — негромко спросила я у Теодоры, накрыв Софию одеялом и немного опустив полог над ее постелью.

— Лезары сыты, — улыбнулась она. — Весной и летом на людей они не нападают.

Ну, будем считать, что так и есть.

Мне места не досталось. Вторую постель заняла Теодора, а мы с Антуаной прикорнули на сиденьях.