Притворись моей любовью

Они не смеют так с ней поступать!

Во всех расселинах, щелях зашевелились тени, поднялись змеиными головами, потянулись ко мне, сгустились в чёрный дым, заполыхали алые искры и вспышки пламени. Взметнулся столбами песок на скалах, закрыв небо багровой пеленой. Ряды фейри колыхнулись, замерцали торопливыми заклинаниями. Столько лет вы проклинали Хаос, столько лет собственные вожди пугали вас демонами. И теперь этот страх — мой союзник, и я оберну его против вас. Пусть придётся истратить последние силы, но я не дам вам измываться над Лайон. Раскалённый ветер засвистел в ушах, завертелся смерчами. Ну же, фейри! Дайте мне повод, и я обрушу небо на ваши головы!

Я шагнул вперёд, но Лайон положила руку мне на плечо. Её прикосновение заставило меня замереть.

— Довольно битв, — услышал я её печальный голос даже сквозь рёв песчаной бури. — Ни наши слова, ни наши поступки не переубедят их. Оставь. Они не стоят твоего гнева.

В Лайон было столько эмоций, что я едва мог дышать. Обманутая надежда, боль отвержения, тоска от потери семьи. Но среди этого тёмного моря ярким маяком сверкали любовь ко мне, радость освобождения и предвкушение новой судьбы.

Лайон потянула меня к храму. Несколько мгновений я колебался, однако уступил: убить её родителей, брата и соплеменников не лучшее начало совместной жизни.

Прежде чем скрыться в дверях, я оглянулся напоследок. Брань, перекошенные лица, заклинания, камни и крики «позор», летящие в нас. Только брат Лайон стоял молча и задумчиво смотрел нам вслед.

Мы скрылись в храме, я закрыл двери, запечатал рунами, увлёк Лайон вглубь на поиски выхода.

— Идём. Пока твой отец не пришёл в себя и не догадался окружить храм.

Мы выбрались с другой стороны, я поменял ипостась, подхватил Лайон, не слушая её протестов.

— Я не позволю тебе лететь самой.

Через портал прыгнул так далеко, как смог. Потом опять и опять. Только через несколько прыжков я расслабился и позволил себе замедлить полёт. Мне уже никакие зелья не помогали, а несколько изнурительных суток без отдыха оставили меня практически без сил. Когда внизу блеснуло озеро, я спустился и прямо с воздуха вместе с Лайон на руках нырнул в глубину. Вода окутала нас мягким коконом, звуки смолкли.

Мы вместе вынырнули, и смех Лайон разлетелся над озером.

— Вода! Я так о ней мечтала.

Она взмахнула руками, взметнула фонтаны брызг, снова скрылась под волнами, переливавшимися золотом в лучах заката. Сердце замирало от её безудержного восторга, но пришлось увести Лайон на берег, пока она не замёрзла в холодной воде.

Мы сели на песок, прижавшись друг к другу, чтобы отдохнуть немного перед долгим полётом домой. Я осторожно устроил Лайон поудобнее, стараясь не тревожить её раны, и она положила голову мне на плечо.