Притворись, что мы вместе

– Я вам все скинул на флэшку, за март и апрель… С вами Константин не общался?

– Мне уже стыдно перед ним, ведь завтра надо все сдать.

– Ничего, осилите… Так он больше ничего не обсуждал с вами?

– Да нет. А что, должен был?

Он встал из-за стола и начал медленно мерить шагами не слишком большой кабинетик. Мне стало не по себе, я напряглась в ожидании чего-то неприятного.

– Леночка, я вас знаю не так давно, но только с положительной стороны. Я имею в виду: как профессионала. Я, собственно, задумался, когда вы свои презентации представляли. Сразу понятно, что говорили о родных для себя самой вещах. Потом я с вашей бывшей заведующей пообщался (она дала более чем хорошие характеристики), с Константином и еще с некоторыми вашими коллегами по больнице. Я хочу вам предложить работать у нас. Мне как раз теперь в палату интенсивной терапии нужен эндокринолог. Помните, я собирался открыть интенсивку на десять коек? Реаниматолога мы уже нашли, но без эндокринолога там никак. Проблема еще в том, что наши врачи – люди грамотные, но с небольшим опытом по тяжелым осложнениям, так как они в основном после поликлиник. А у вас еще большой стаж приемного покоя. Инфаркт или пневмонию вряд ли пропустите. Так что вот такое предложение… Что думаете?

Дыхание перехватило с его первых слов, мадам Сорокина потеряла голос и сидела как истукан.

Через несколько секунд удалось выдавить из себя срывающийся шепот:

– Я… вы знаете… я, честно сказать, совсем не ожидала… простите… я очень вам благодарна – правда. Растерялась просто.

– Да вы не переживайте так, Леночка. Можете подумать несколько дней. И еще. По поводу денег… Я знаю, что вы в данный момент одна с ребенком. Конечно, вопрос финансов. Зарплата у нас около тридцати пяти, остальное – премии и дежурства. В целом доходы зависят от наших общих успехов и репутации в городе. Но последний год больных немало. Сами видите: не голодаем. Так что заработать можно.

Я молчала и никак не могла собрать себя в кучу.

– Я согласна. Отработаю положенные две недели и выйду.

– Ну и молодец, тогда после майских жду.

Он привстал, пожал мне руку и, видимо, сильно переживая, поскорее проводил меня из кабинета.

В голове кружились вихри, хотелось плакать, дурацкие слезы в итоге покатились сами собой. Срочно надо было что-то делать, что-то решать, звонить Косте, мчаться в офис, писать заявление, доделывать этот тупой отчет, собрать свои скудные пожитки с рабочего стола, напиться, наконец, с Асрян прямо сегодня же. Нет, сегодня не получится. Надо все довести до конца, иначе никогда не смогу смотреть Костику в глаза.

Я ехала и подвывала в такт наплывающим приступам слез.

Я подъехала к школе и припарковалась, чтобы подождать Катьку.