Закон притяжения

– Дьявол! Получается, что на самом деле времени в обрез! Что же делать? Уйти, не сказав никому ни слова… Я же завтра обещал вернуться… Да вы ешьте, господа, ешьте… Ведь эти паразиты вас не кормили…

– Откуда вы знаете? – впервые подал голос Александр.

– Сами сказали! Я как раз пришел к ним выяснить, зачем и тому и этим Фармазотти сонное зелье понадобилось? Да еще в таком количестве? Я, конечно, Вилде прописывал его, но такой запас, который они решили сделать сегодня, мог бы усыплять роту солдат в течение полугода. А Лотар только позавчера здоровую бутыль выкупил. Вот я и задумался…

– Вовремя вы пришли, – подтвердил его слова Алекс.

В столовую вернулись хозяева этой половины замка. Рамиро был задумчив и суров. Вилда – бледна, растерянна, но в то же время решительна. Она подошла к Вольфу и долго смотрела ему в глаза, закусив нижнюю губу.

– Нам надо с тобой поговорить, – сообщила она глухим голосом.

– Хорошо, – Вольф поднялся со стула. – Где?

– В библиотеке."

"– Вилда! – Рамиро смотрел на нее с такой болью, будто она только что потребовала у него развода.

А может, и потребовала! Кто знает, что решила женщина, встретив когда-то любимого мужчину. По моему разумению, за Рамиро она вышла не по большой любви. Хорошо, если она его хотя бы уважала. Хуже, если согласилась стать его из жалости. А вот маркиз ее, без сомнения, любил.

– Я помню, Рамиро, что я твоя жена!

Глаза маркиза полыхнули гневом, но он ей больше не сказал ни слова. Вольф и Вилда покинули столовую. Видеть их идущими рядом мне было больно.

Больно за Вольфа, так как ему предстояло рассказать некогда любимой женщине, что испытание временем и разлукой его чувство не выдержало. Что его сердце занято. И неважно, что в этой комнате остался ее муж. Женщину можно понять. Иначе она не выжила бы в этом мире. С ее стороны это было не предательство любви, а жертва, на которую она пошла ради спасения жизни. А ему надо было объяснить, почему он не нашел ее тогда, почему перестал ждать и верить…

За Вилду, как ни странно, тоже было больно. Представила себя на ее месте и ужаснулась тем чувствам, которые бушуют сейчас в ее душе. Радость встречи, горечь разочарования, надежда на возрождение прошлых отношений и тоска по утраченной любви, счастье и боль. А еще – выбор, который ей предстоит сделать.

И за себя было больно. Больно, потому что, как бы я ни верила в любовь мужа и запрещала себе думать о нем плохо, змейка-ревность все равно жила в моей душе и своим ядом отравляла мой разум. Чужая душа – потемки… М-да. Со своей бы разобраться…

Мне надо было срочно отвлечься на какой-нибудь разговор и не думать о том, что сейчас происходит в библиотеке. Но отвлекать от размышлений надо было не только меня.