Земное притяжение

Ни за что на свете! Ранение — это ошибка, недосмотр, непрофессионализм! Она ненавидела себя, когда попадала в передряги. И слабость свою ненавидела! Эту слабость никто не должен наблюдать, особенно вблизи.

…Наверное, Хабарова его слабость не волновала. Даша никогда не слышала, чтобы он попросил Джо уйти. Впрочем, мужчины устроены совсем иначе, даже самые лучшие, самые умные и сильные. Им нужно, чтобы их жалели, окружали заботой, спрашивали, где болит. Чтобы утирали со лба пот и смотрели встревоженными глазами.

Даша никогда и ни на кого не смотрела «встревоженными глазами»!..

Она сделала ещё один круг на самокате, причалила к кабриолету, сердито пнула его ногой — так чтобы охранник из салона непременно увидел, — поднялась по ступеням и втащила за собой самокат.

— Хай, — сказала она охраннику, выскочившему на улицу и, очевидно, собиравшемуся её прогнать. — Хау ар ю? Файн? Отлично. Прими, милый, агрегат и поставь так, чтоб я его видела.

И она сунула ему резиновые уши-ручки. Охранник растерялся и принял самокат.

По-особенному ставя ноги, Даша подошла к стойке, облокотилась и сделала скучное лицо.

— Ну, я не записывалась, конечно, — выговорила она в лицо девушке, поднявшейся навстречу. — Но вам всё равно делать нечего, да-а?.. Значит, мне маникюр, только ничего не трогать, просто лаком покрыть и чуть-чуть массажик, да-а?.. И укладку. Ну, просто помыть волосы и посушить, вы справитесь. Да-а?.. Я вот там сяду, у окна. Да-а?.."

"Она обошла подругу Паши, плюхнулась в соседнее кресло, пристроила на стеклянный подзеркальник рюкзак, откинула голову и громко приказала принести кофе, капуччино, разумеется.

Вероника смотрела на неё, вытаращив глаза, и обе мастерицы тоже недоуменно смотрели.

— О, — сказала Даша, поворачиваясь в кресле. — А я вас знаю! Видела! В нашей гостиничке! Точно?

Вероника надменно пожала плечами и отвернулась.

Но не тут-то было!..

— Да бросьте, я вас видела! Точно! Ну, когда ко мне гопота пристала! Помните?

— Ну, помню, — процедила Вероника. — И что?

— И всё, — весело сказала Даша. — Тут можно маникюр-то сделать? Или лучше не связываться?

— Вообще-то, — возмутилась Вероника, — это лучший салон в городе. Мы работаем только на французских препаратах, я сама их привожу.

— Да ладно, — восхитилась Даша. — Это чего, твой салон, что ли? Нет, правда, твой?

Вероника кивнула величественно. Даша пришла в полный и окончательный восторг — она все свои роли играла с удовольствием и от души.

Через десять минут они пили капуччино, болтали, смеялись, а четыре мастерицы трудились над ними не покладая рук.

Даша была уверена, что Паша-Суета ни словом не обмолвился ни подельникам, ни любимой, что случилось во дворе его цитадели в момент нападения. Да и те, кто там был, болтать вряд ли станут!..