Притяжение

- Да так… Вспоминаю, как мы с Кариной ставили опыты. Знала бы я, чем это все закончится.

- И что тогда? Ты бы все изменила? – вдруг напрягшись, спросил Амир.

- Не знаю… Не думаю, что смогла бы отказаться от того, что у нас с тобой было, – честно призналась София, тряхнув темными волосами.

Каримов чуть расслабился. Ободряюще сжал ее руку и подал Глебу знак: «выходим».

В больнице их уже ждали. Осмотр не занял много времени и, к счастью, ей разрешили снять гипс. С логнетой было гораздо удобнее. В отличие от гипсовой бандуры, та казалась почти невесомой. Наверное, Соня выглядела глупо: отвечала на вопросы травматолога невпопад и по сто раз переспрашивала одно и то же, так что даже Амир насторожился. Она бы и рада была взять себя в руки, но почему-то ей совершенно не удавалось обуздать нахлынувшие на неё воспоминания. Те словно прорвали плотину и обрушились на неё всей своей давно подавляемой мощью.

До Амира она не знала, что такое ревность. С ним же… С ним она выпила эту чашу до дна. После возвращения Иманы все изменилось. Они уже не могли быть вместе так часто, как им того бы хотелось. Они и раньше не могли – работа отнимала у Амира львиную долю времени, но, уложив Карину спать, она все равно его дожидалась. Они ужинали, разговаривали о чем-то и… наслаждались друг другом. Были лишь он и она. Были их совместные ночи, к которым Соня так быстро привыкла. А когда Имана вернулась, у нее не осталось почти ничего… Встречи украдкой. Торопливые, будто украденные у жизни. Ни о каких совместных ночевках больше не могло быть и речи. Ночи Амир теперь проводил с женой. Самые длинные, самые темные Сонины ночи…

Но даже не в них ведь дело… Ей просто ужасно, до боли его не хватало. Смотреть украдкой и понимать, что он не её! Не её… И, может быть, если бы эта женщина делала его счастливым, Соне было бы легче. Но… нет! Имана любила Амира лишь на словах. Она вообще никого, кроме себя, не любила, непонятно за что ненавидя весь мир.

Однажды Соня случайно услышала ее разговор с подругой."

"- Он помешался на детях! Тр*хает меня по три раза на день в надежде, что я залечу. Но ты ведь знаешь, как я не хочу в это заново окунаться. Пеленки, отрыжка, дерьмо… Я к этому абсолютно не готова. Ну, конечно… таблетки пью.

Соня едва не закричала. Успела закрыть рот ладонью, отступила в коридор. А потом ее долго рвало в ванной. Непонятно, от чего рвало… Может быть, от осознания того, что она вынуждена делить своего любимого с другой. Кажется, только тогда София в полной мере осознала, что происходит…

Она заболела. Слегла с чудовищной температурой. К счастью, Амир был в городе. И о ней было кому позаботиться. Нет, конечно, он не сидел у ее постели. Но на несколько дней к Соне была приставлена сиделка, а сам Каримов заходил к ней по несколько раз в день.