Пристроить шпиона

Чтоб не доставлять неудобств единственному, кто согласен со мной общаться сегодня ночью, - я же, блять, не гражданский! Я не могу просто! И к тому же, я не был уверен, что нужен… Что могу это сделать… Она с самого начала мне показывала, что только в постели воспринимает… И все. Понимаешь?

Смотрю в умные глаза и вижу – понимает. Хороший собеседник. Очень хороший. Не заслуживаю я такого.

- И потом… Ну когда ей что говорить? Когда мне самому нихрена не говорят? Но я же не кипишую? Не кипишую. Не положено всего знать, да… А она? Ну вот зачем она так?

Маленькая бутылка коньяка, врученная мне рыжей ведьмой перед тем, как вытолкать из комнаты, уже заканчивается. Доза для меня смешная, конечно. Но я сутки не спал и столько же ничего не жрал. С сигареты, пачку которых мне тоже кинула ведьма, вот повезло Савину с понимающей бабой, развезло, а коньяк добил. В голове пусто, в глазах легкий туман.  И все уже не так болезненно, как в самом начале.  И глаза Принцессы, огромные, цвета расплавленной карамели, злые и заплаканные, уже не режут по живому.  Сглаживается эффект.

- И, главное, понимаешь, друг, я же все по-правильному хотел… По-хорошему, черт… А она… Я из-за нее, можно сказать, против системы… Потому что прекрасно знаю, что со мной сделает генерал, когда узнает… И я готов, понимаешь? Готов! А она… Она… Эх…

Пустая бутылка летит в удачно поставленную между этажами общаги урну. Все же, нормальный тут комендант, знает, как минимизировать проблемы… Бычок от сигареты летит туда же.

Мой собеседник провожает это все дело лучистым взглядом, облизывается.  Я и его коньячком угостил тоже. Немножко, чисто лизнуть, но ему понравилось. А вот сигаретный дым в морду – нифига.  Ну , это никому не нравится, раньше за такое рожу чистили… Ногами…  Вспоминаю веселые денечки, проведенные на севере, усмехаюсь грустно.  Похоже, при любом раскладе туда мне светит…

- И вот сейчас… Все хотел рассказать… А мне даже слова не дали! Тупо выпихнули! Вот как так можно? А? После всего, что было? Молчишь, зверюга? Молчишь…

Щурюсь на собеседника и выдаю неожиданно для самого себя:

- А знаешь, я бы не удивился, если б ты был говорящим… Очень уж взгляд у тебя разумный… Как тебя зовут?"

"Но мой собеседник только таинственно улыбается в усы и ложится на подоконник. Разваливается,  занимая все возможное пространство, растекаясь, словно задался целью лишний раз подтвердить, что коты – это жидкость. Мурчит, как трактор на минималках. Рыжая здоровенная морда выражает полное равнодушие к моей дурацкой судьбе.

Я не удерживаюсь, тяну к пушистому боку ладонь, хотя уже выяснил, что мой собеседник этого терпеть не может.