Пристроить шпиона

Если ты выйдешь за порог этого дома, именно так, как хочешь, то есть, босой и без нижнего белья, то окажешься в постели  Расщепаевского наркомана быстрее, чем моргнуть успеешь. И я ничего не смогу сделать. Вернее… Смогу, конечно. Но это будет последнее, что я сделаю в этой жизни. И не факт, что после этого ты-таки не окажешься там, где я уже говорил…

- Отец…

- Не надо ничего говорить. Во-первых,  я не смогу тебе ничего ответить. И, во-вторых… Я продумал стратегию, при которой я смогу тебя защитить. И сделать это законным способом. Но для этого нужно сейчас… Прости меня за это, Алина.

- Отец… Но ведь он заставит меня лечь под… Вовчика… Отец…

- Лучше немного изваляться в грязи выжить, чем сдохнуть. Тоже, кстати, перед этим извалявшись в грязи. Но гораздо сильнее. Потому что меня не будет, и защиты тебе никакой – тоже.

- Да ее и так нет!

- А вот тут ты сильно ошибаешься.

Голос отца опять зазвучал отстраненно и холодно. Он, словно шахматист, просчитывал партию и прикидывал, в какой мере может пожертвовать фигурой. Мной."

"- При твоем согласии, есть вариант нам с тобой остаться не только в живых, но и… разобраться с Расщепаевыми. Ты хочешь этого? Даже если и не хочешь… Ты хочешь жить. А это возможно, только при соблюдении определенных условий.

- Но… Почему я-то? Что во мне такого? – выдавила я, оглушенная этим ужасным разговором. И холодным взглядом отца.

- Это ты у Вовки-гаденыша спроси. Я к нему в голову не залезу, - сухо ответил отец, - так что, думай, дочь. Я очень надеюсь,  что ты примешь верное решение. И докажешь всем, что кровь – не вода.

- Я не буду с ним спать! – все же сорвалась я, игнорируя попытки манипуляции. Пусть агентов своих… Манипулирует!

- Этого и не требуется, - все так же сухо кивнул отец, - я не исключаю  худшее, но готовлюсь к лучшему. Тебя никто не заставит… Надеюсь. В любом случае, ты имеешь полное право сопротивляться. Ты – молодая, взбалмошная… Просто на людях веди себя нормально. Не кричи, не ругайся, Вовку не бей.

- А зачем я им вообще тогда?

- Ну… Вовка у Расщепаева – тот еще утырок…

- А если он меня… силой? – прошептала я, испытующе глядя на отца.

- Ну… Ты же – моя дочь, - пожал он плечами.

Я даже не знала , что ответить.  У нас шел какой-то, совершенно чудовищный с точки зрения логики и эмоций, разговор… И я не знала, как  ко всему этому относиться.  Единственное, что я понимала, то , что отец – совершенно серьезен. Абсолютно. И не шутит.  А это значит…

- И сколько мне нужно будет?..

- Пока я не решу вопрос.

- А как я узнаю, что ты его решил?

- Ты узнаешь.

Я переворачиваюсь на бок, игнорируя противную резь в глазах.  Проклинаю свою слабость и дурость.  Мне надо было просто сбежать.  Просто не согласиться на это все! Отказаться! Пусть сам выгребает!  Но в одном отец был прав.  Я – реально его дочь. Пока еще.