Присягнувшие тьме

Соседка Легостаевых, пенсионерка Никанорова, в это время обычно выгуливала во дворе свою таксу. Она и так считала, что по Никите колония для малолетних преступников плачет, поэтому лучше было не рисковать.

Никита нашел на свалке старую картонную коробку, шагнул в нее, сделав себе что-то наподобие юбки, а затем, стараясь скрываться в тени голых кустов, поспешил к Артему.

Глава восемнадцатая

Исторический музей Санкт-Эринбурга

Артем наконец-то закончил писать обзор новой компьютерной игры для «Прожектора». Он решил сегодня лечь спать пораньше, а не засиживаться допоздна в Интернете, как обычно. День и без того оказался богат на события, и у Бирюкова даже слегка побаливала голова.

Он выключил ноутбук, погасил в комнате свет и улегся в постель. За стеной в комнате родителей еще бормотал телевизор. В детской мама читала Эдику сказку на ночь. Иногда она просила почитать Артема, но тот отключался где-то на середине второй страницы, а довольный Эдик врубал телевизор и принимался смотреть фильмы ужасов. Поэтому в последнее время Лолита Игоревна предпочитала читать младшему сыну сама. Хомяк Гиви чем-то тихо хрустел в своей клетке.

Глаза Артема слипались сами собой. Он только начал засыпать, как вдруг до него донесся какой-то странный звук. Будто кто-то тихо стучал в окно. Сначала он решил, что ему показалось, и он решил не открывать глаза.

Но через пару секунд стук повторился.

– Артем! – донеслось до него.

«Снится», – подумал Артем и перевернулся на другой бок.

– Бирюков!

Артем приоткрыл один глаз и взглянул в сторону окна. Зажмурился. Открыл оба глаза и присмотрелся. Он не верил своим глазам.

Артем вдруг вспомнил, что Алена советовала фотографировать свои глюки на камеру мобильника. Если снимок получился, значит, все происходило на самом деле.

Он вытащил из-под подушки свой сотовый телефон, включил камеру и сделал снимок. Разглядев изображение на дисплее, Артем так и подскочил.

– Ты опять голый?! – громко воскликнул он. И тут же зажал себе рот рукой.

– Ага, – смущенно кивнул Никита. – И немного з-замерз!

Артем открыл окно, и Легостаев буквально ввалился в комнату.

– Тебя что, ограбили?! – ужаснулся Артем.

– Если бы! – трясущийся Никита стащил с кресла теплый плед и завернулся в него.

– Превращался? – догадался приятель."

"– Да. И все вещи изорвал. Может, одолжишь мне что– нибудь из своего?

– Если сумеешь втиснуться. В последнее время какой– то ты здоровый стал!

Артем включил настенный светильник, подошел к шкафу и, открыв его, начал перебирать свою одежду.

– И во что ты опять вляпался? – между делом поинтересовался он. – Заметь, я уже практически ничему не удивляюсь.

Никита уже немного согрелся. По крайней мере, перестал трястись и стучать зубами.

– Ты не поверишь, – сказал он.