Жесткое принуждение

Мое тело трясется в дичайших судорогах, я на грани потери сознания! В ушах снова шум и в голове все кружит, словно нахожусь на карусели.

Сергей дергается последний раз и замирает, продолжая обнимать мое тело. Я тоже стою в той же позе и понимаю, что у меня чертовски затекло все тело. Во время соития я ни разу об этом не подумала и даже не обратила бы внимания!

Он разворачивает меня к себе и снова целует в губы, нежно и аккуратно. Мы садимся в ванную и он начинает снова меня намыливать, я вижу, что ему нравится это делать. Словно куклу или маленького ребенка, он намазывает и втирает в меня гель. Массирует мое израненное тело. Любуется результатом своей работы. На моей груди отчетливо видны следы ударов. Вздутая кожа и местами кровоподтеки. Он осторожно трогает пальцем места, где кожа лопнула и с интересом осматривает их.

Понимает ли он, что причинил мне ужасную боль? Или ему нравится смотреть на мои увечья? Этот человек для меня настоящая загадка…

Он дотрагивается до моих сосков, гладит. Намыливает и смывает водой, затем повторяет эту процедуру снова и снова. Он пытается смыть с них то увечье, которое нанес? Не получится… Прикасается к ним, начинает целовать. Берет в рот сосок и оттягивает его губами. Больно. Чертовски больно. Но терплю.

При обычной ситуации, мне бы было это приятно, но не после того, что он с ними сделал! Моя грудь опухла и превратилась в красную раздутую лепешку. Соски до сих пор вытянуты и нереально огромны. Интересно, как долго они будут такими опухшими?

Но я не мешаю ему. Пусть наслаждается. Это лучше, чем когда он меня бьет. Эту легкую боль я перенесу ради того, чтобы избежать чего-то более страшного.

– Моя рабыня, ты такая классная! Я бы хотел оставить тебя только для себя! Но ты уже испорчена… – он печально смотрит на меня и встает."

"Стоп, что значит испорчена? Кем? У меня дежавю… Я не рассказывала еще никому, но у меня была одна нелепая ситуация в жизни. Ко мне много раз клеился отец Андрея. Каждый раз, когда мы приходили к ним и когда они с Андреем крепко выпивали, его отец подходил ко мне и начинал не “совсем по-отцовски” обнимать. Сначала я терпела, не хотела портить с ним отношения, но потом начала давать отпор. Мне не нужны были проблемы с мужем и я дала понять этому старому кобелю, что ко мне не стоит подваливать. После этого я под любым предлогом избегала ездить к ним и вовсе забыла эту наглую и слащавую рожу. Я даже голос его не помню, только ухмылку, когда он сидит за столом и смотрит на меня.

Реально, память такая странная штука! Помню этого человека и сколько проблем он пытался мне доставить, а все лицо, голос – не помню! Видимо мозг защищает так психику от травм.