Всё равно растаешь, принцесса

У тебя есть почтовый футляр, или шкатулка?

Ни разу не видела ничего подобного у него на корабле, но может хоть в замке есть?

− Нет. Я бы всё равно не смог ничем подобным воспользоваться. Моя сила имеет другую природу. К тому же для такой почтовой связи с вашим материком расстояние слишком большое, как мне объяснил один портальщик. Так что могу предложить только отправить письмо с ближайшими торговыми кораблями, идущими к Деларону. Они должны отплыть приблизительно через неделю, если не ошибаюсь.

− А сколько будут плыть?

− Без заклинателя на борту? Недели две с половиной-три, если в штормовую полосу не попадут. Если попадут, то дольше.

Так долго? Но мы же всего за три сутки доплыли, или около того. Я же спала и не знаю точно, когда мы отчалили. Но всё равно. Даже если три сутки, а он говорит, что плыть без заклинателя нужно три недели… Как такое может быть?

− Ты хочешь сказать, что сократил путь в несколько раз? — недоверчиво поворачиваюсь к своему спутнику.

− Это то, в чём я хорошо разбираюсь, − криво ухмыляется он. — Так что? Будешь отправлять?

Не вижу теперь в этом большой пользы. К тому моменту, как это письмо дойдёт, за мной либо приплывёт отец, либо месяц истечёт и ярг сам меня домой доставит. Но на всякий случай, наверное, стоит.

− Ладно. Напишешь, я передам капитану, − легко соглашается Янгмар.

Кивнув, возвращаюсь в прежнее положение. Сидеть прямо долго не получается, мышцы устают. Приходится опираться на мужчину позади. И не ощущать это становится всё сложнее.

Проходит ещё какое-то время. Деревья и заснеженные пейзажи слабо отвлекают от соприкосновения и лёгкого трения наших тел. Йормун едет немного позади и тоже никак не привлекает к себе внимание, даже своими эмоциями. Не удивлюсь, если он вообще спит, такие они у него ровные и невыразительные сейчас.

Зато колдун много чего такого чувствует, о чём я бы не хот ела сейчас знать.

Но чем дальше, тем сильнее я начинаю ощущать, как загорается в теле то самое томление, которое испытала вчера утром, проснувшись на Янгмаре. Это непрошенное воспоминание никак не облегчает мне жизнь. А тут ещё и нахальная конечность не менее нахального колдуна вдруг оказывается у меня на животе под шубкой. И всех слоёв одежды мало, чтобы не ощущать волнующее тепло, исходящее от неё. И круговые движения большого пальца.

− А почему я должна ехать вместе с тобой? Не могу поверить, что ты не мог достать ещё одного коня, − не выдерживаю.

− И отказаться от возможности держать тебя в своих объятиях? Я себе не враг, − слышу хриплый смешок. — Ты могла попросить отдельного коня в любой момент, Льдинка. Но не попросила.

− Я не подумала об этом, − признаю, чувствуя, как снова необратимо закипаю от злости. Притом не только на него, но и на себя саму.