Всё равно растаешь, принцесса

 — Я не собираюсь отступать, если только ты не начнёшь делать что-то неприемлемое для меня. Так что можешь больше не осторожничать.

− О боги, Софи, − смеётся колдун, зарывшись лицом мне в шею. — Ты невозможна… Несравненна, точнее. И нет, я не усыпляю твою бдительность. Я настраиваю тебя на нужный лад. Постепенно. Так что прекращай искать подвохи и расслабься наконец.

− Ладно, − выдыхаю. — Можешь продолжать.

Вместо ответа, Янгмар снова меня целует. На этот раз уже гораздо более требовательно и пылко. Обводит мои губы языком, скользит между ними, врываясь внутрь. Двигается теперь в неуловимом сладостном ритме, от которого у меня вмиг начинает кружиться голова. И его эмоции, его искреннее наслаждение моим удовольствием и моей реакцией, лишь усугубляют всё это безумие.

А тем временем мужская ладонь оглаживает моё плечо, проводит по всей руке, перемещается на бедро, чтобы продолжить путешествие теперь уже вверх, к моим бокам, животу… груди…

Почувствовав жар этого прикосновения на одной из вершинок, я даже замираю на миг, ошеломлённо прислушиваясь к действиям колдуна, к его чувствам и к своим ощущениям. К тому, как нежные пальцы обводят полукружие груди, ареолу, ловят сосок, нежно его теребя.

Оставив ещё один страстный поцелуй на моих губах, Янгмар отстраняется, смотрит внимательно в глаза. Любуется. Желает. Восхищается. И тут я внезапно ощущаю ещё что-то… очень странное и необычное. Тёплая вода, в которой мы сидим, внезапно будто оживает. Моё тело начинают массировать мягкие потоки. Нежно, но вполне ощутимо. Они струятся по ногам, бёдрам, низу спины, животу… и даже между ног я ощущаю эту горячую пульсацию. Которая становится всё более и более интенсивной.

− Это ты делаешь? — бормочу потрясённо. Хватаю ртом воздух, когда давление между ног усиливается, словно туда горячая струя бьёт. — А-а-а-ах. Это… это… о боги, − хватаюсь за его запястье, невольно раздвигая ноги, умирая от сладостного жара.

Вместо ответа, Янгмар лишь многозначительно улыбается. Не прекращая ласкать мою грудь и творить эти свои немыслимые шалости с водой, он целует теперь мою шею. Припадает к ней ртом, лижет и покусывает, находя такие невероятно чувствительные точки, о которых я даже не подозревала. Заставляя бесстыдно стонать и ещё больше подставляться под эти ласки. Запрокидывать голову и изгибать шею, выпячивать грудь и двигать бёдрами.

От шквала эмоций я забываю, кто я есть. На время забываю, что для меня существуют какие-то рамки и сомнения. Во мне остаются лишь нестерпимое желание. Настолько сильное, что затуманенное, опьяневшее сознание даже не настораживает тот факт, что струи воды скользят уже по всему моему телу, нежно лаская каждый укромный уголок и разжигая кровь.