Всё равно растаешь, принцесса

А можно, мы уже закроем эту тему? Мне жутко неловко говорить такие вещи. Почему-то. Одно дело чувствовать, понимать, признавать, а совсем другое − озвучивать вслух.

Но Янгмар мысли читать явно не умеет. Либо благополучно их игнорирует.

− Ты хочешь сказать, что он испытал к тебе желание? — всё-таки дожимает он меня.

− Да. И это было жутко неприятно. Но я не знала, что от каждого мужчины, который такое испытает ко мне, нужно ждать неприятностей. Даже похищение меня этому не научило, представляешь? Вот такая вот я наивная. Доволен? − не выдерживаю. Вырываюсь из его хватки, отскочив на шаг. И вскидываю предупреждающе палец, упирая ему в грудь. − Если ты продолжишь меня вот так вот допрашивать, я возьму и уйду отсюда. Потому что мне не нравится чувствовать себя виноватой за чьи-то чувства и действия.

Выплеснув вскипевшую злость, резко отворачиваюсь от него. Обхватываю себя руками, пытаясь успокоиться. Ну почему именно он постоянно выбивает меня из равновесия? Никогда я ещё не чувствовала себя настолько… расшатанной, как после знакомства с ним.

− Ох, Льдинка, − вздыхает Янгмар. И в следующий миг обнимает меня со спины. Целует в висок. — Прости. Ни в чём ты не виновата. И это не допрос. Я просто… хочу тебя защитить. Пойдём со мной. Посидишь, расскажешь всё, что посчитаешь нужным и важным.

И он мягко увлекает меня в сторону своей спальни. А у меня не находится сил ему возразить. Совсем уже сбил меня с толку.

В погружённой в полумрак комнате, значительно большей за мою спальню, колдун сразу усаживает меня в кресло возле камина, перед этим повернув его спинкой к кровати и гардеробу. Целует в макушку и оставляет одну.

Оглянувшись через плечо, я украдкой смотрю, как он уходит в противоположную часть комнаты, где у небольшой металлической печки стоит большая лохань с водой. И там принимается раздеваться. Стягивает тёплую куртку, подбитую мехом. За ней стёганый дублет. Подняв руки, тянет со спины через голову сорочку, обнажая мощный, мускулистый торс.

К моему стыду, мне стоит огромного труда заставить себя отвернуться. Глаза так и липнут к рельефным линиям мужского тела. И пальцы начинают зудеть от желания прикоснуться. И лишь когда колдун берётся за пряжку ремня, я поспешно отвожу взгляд. И сажусь так, чтобы смотреть на огонь, а не на него.

− Так что с твоим артефактом? — слышу вроде бы нейтральный вопрос, но в интонациях мне чудится самодовольная усмешка.

Каковы шансы, что он не почувствовал, как я на него таращилась? Как по мне, совершенно мизерные. От колдуна такое не скроешь.

− А что с ним? Я просидела над ним сегодня целый день, но сделала. Заклинания легли прекрасно. Теперь дело за малым. Нужно слушать и запоминать.