Принцесса особого назначения

– Мой господин, – низко кланяюсь, надеясь задействовать его самолюбие, – вы станете моим первым мужчиной, разве это не повод сменить гнев на милость?

Чуть наклонившись ко мне, все же ненавижу свой низкий рост, Динар прошипел:

– Впервые займусь любовью с женщиной для того, чтобы получить удовольствие исключительно от факта мести. Легла на мою постель! Живо!

Я легла. Посмотрела на оторопевшего от моего послушания мужчину и встала. Судя по выражению его лица, именно этого он и ждал.

– Меня мучает жажда, – моя ласковая улыбка превратилась в оскал, – ложитесь, кувшин с нектаром здесь.

Взяв кувшин, я под пристальным взглядом подошла к окну. Налила в кубок, принюхалась, царственным жестом выплеснула все за окно.

– Вином пахнет, – пожаловалась я Динару, – а мне нравится тонкий аромат меда…

– Это медовуха, – мрачно наблюдая за мной, сообщил даллариец, – от нее несет спиртом.

– Правда? – я вновь принюхалась. – Вы правы, – и вылила второй кубок в раскрытое окно, на сей раз подведя струйку к самому подоконнику.

Муравьишки, не подведите!

– А знаете, – я повернулась к Динару, – вы первый мужчина, который обратил на меня внимание как на… женщину.

– Не удивительно! – Медноволосый сел на кровать, невольно проверил рукой, все ли в постели в порядке.

Муравьиные усики! Из темноты над подоконником показались муравьиные усики! Длинные, длиннее, чем у тех монстров с мой мизинец размером! О, вероятно, здесь в овраге развелись совсем уж громадные насекомые! Тем лучше!

– Пожалуй, – я мстительно усмехнулась и, держа кувшин так, чтобы струйка медовухи двигалась за мной, подошла к постели, – я знаю, как мне утолить жажду.

– Слушаю! – не обманувшись моим тоном, равнодушно произнес Динар.

И вот сейчас произойдет мой самый первый поцелуй в жизни. Эх! Не о подобном я мечтала!

Я потянулась к нему губами, а он… разлегся на постели! Урод!

В разорванном платье забираюсь с ногами на простыни и с самой коварной ухмылкой наливаю медовуху на его волосатую грудь.

– И как это понимать? – я определенно разглядела сжатые в кулаки руки.

О, боги! И я, наследная принцесса Оитлона, наклоняюсь к его животу и слизываю стекшую туда медовушную гадость!

В ответ полный наслаждения стон, и рука этого… сжимает королевскую, то есть мою, задницу. Урод далларийский!

– Мм, неужели утырка способна доставлять наслаждение? – простонал Динар.

Еще как способна… но исключительно себе! Сдерживая омерзение, вылизываю его живот и в то же время слежу за окном.