Принцесса на замену

Фортем взглянул поверх плеча Таяны и… мысленно выругался. На пороге комнаты стояла Паулина. Она куталась в плед и зевала. Сонная, красивая и очень сексуальная, с какой бы неохотой он это ни признавал.

Она внимательно наблюдала за ними, и одни звезды ведали, что подумала. По ее лицу нельзя было понять ни единой эмоции, а лезть в голову не хотелось. Вообще ничего уже не хотелось, только выбраться из этого бесконечного сериала. Вернуться к работе, попробовать забыть об этом путешествии.

И нарушить обещание? Отказаться от помолвки с принцессой? Это был бы самый простой и для многих самый желанный вариант.

Таяна прерывисто вздохнула, с улыбкой рассматривая цветок, а потом вдруг рука ее дрогнула – и капсула полетела на пол.

Одновременно со вскриком Таяны изначально хрупкая модель разлетелась на миллионы частиц, которые тут же потеряли свой чудесный цвет и стали обычными: серыми и тусклыми.

– Простите меня! – в голосе прозвучали слезы. – Простите! Я случайно, я не хотела!

Расширившимися от ужаса глазами Таяна смотрела на Фортема и будто инстинктивно качала головой, всем видом демонстрируя, как ей жаль и как страшно представить его гнев.

– Ты играешь в опасную игру. – Фортем прищурился. – И соперника выбрала не своего уровня.

– Я не хотела, я… Мне так жаль!

– Это всего лишь модель, – усмехнулся он. – Сама по себе она не значит ничего. Разбив ее, не выйдет уничтожить все остальное.

Фортем оставил Таяну ползать по траве, собирая крошечные серые шарики. Паулина не сводила с него глаз, словно изучала и пыталась прочесть его мысли. Когда он подошел, ее губы тронула невеселая улыбка:

– Ненавижу женщин, – в сердцах буркнул Фортем и подумал: фаргх с ними, с интеллектуальными развлечениями. Пожалуй, он чего-нибудь съест.

Я задумчиво смотрела на стакан с белым фруктовым молочком и думала: это у меня изжога от излишнего употребления кислых ягод или ревность проснулась и мешает жить спокойно?

Жизнь принцессы, несомненно, увлекательная штука. Засыпаешь в чужих объятиях, засыпаешь с трудом, ибо от этой неправильной, пугающей близости все внутри сжимается. Спишь себе, никого не трогаешь. Потом просыпаешься, осознаешь, что спала совершенно одна, а утром наблюдаешь трогательную сцену. Два дгнарна и цветок – наверняка с их родной планеты.

Нет, все-таки ягоды. Фортем и Таяна создны друг для друга! Она, конечно, порой (и часто) ведет себя как ребенок, но разве я была другой? Зато они без проблем родят ребенка, да и вообще это жутко умилительно: последние выжившие.

А я? А принцессу оскорблять изменой нельзя, и похоже, мне все-таки придется самой отменить эту дурацкую помолвку. Фраза, сказанная невпопад и в неподходящий момент, стала едва ли не приговором.