Принцесса на замену

Пошатнем основы ксенофобии и отключим его от бесплатного зрелища. Осталось выяснить, когда он ляжет спать… если эта зараза вообще спит.

Время медленно тянулось. Я мерила шагами комнату и периодически проверяла отклик Фортема. Он словно жил у экрана. Отзывался всегда и с неизменным раздражением, чем еще больше меня бесил.

– Мне скучно! – взвыла я наконец.

Эта реплика была проигнорирована, и я навострила уши. Но вскоре вошел тот же робот и принес еду, а вместе с ней пару каких-то металлических пластинок с серебристым, чуть выпуклым узором.

– Можешь начать учить язык, – посоветовал сверху Фортем.

– И что это? Алфавитные карточки? Мне надо показывать тебе нужную? Дай угадаю, вот на этой написано «пошел», а на этой «к черту»?

– Это чипы для обучения, – буркнул мужчина. – Приложишь сзади к шее и ложись, изучай.

– Я не буду всовывать в голову странные штуки! – поспешно отодвинула чипы подальше, словно они могли вдруг протянуть ко мне щупальца.

– Дикая девчонка, – выругался Фортем, – ты ничего не почувствуешь. Нити, которые чип пускает к мозгу, человеческому глазу невидимы.

– А если они сунутся не туда?

– В твоей единственной извилине сложно заблудиться.

От возмущения осталось только бесшумно хватать воздух ртом. В камеру снова устремился неприличный жест, и по комнате пронесся хрипловатый смех лорда-ксенофоба. Ничего, усни у меня. Только усни, зараза.

Не проронив больше ни слова, я принялась за еду.

Лорд соизволил уснуть после ужина. Свет погасили против моей воли, и я поняла: на корабле настала ночь. Вопросов было много. Следит ли кто-то за мной, пока Фортем свалил? Заметят ли их автоматические системы, что я делаю с камерой?

Но попробовать-то стоило. Расчет был на то, что теперь, когда я познакомилась с Люком, мне не сделают ничего слишком плохого. А то братику нажалуюсь. Скажу: «Обижал меня твой изверг в полете. Хулиган-с».

Но все было тихо. С третьей попытки я нащупала панель, чуть надавила, и она сама отъехала вбок, обнажив внутренности. Да-а-а… технологии, конечно, на высшем уровне. Я в них мало что смыслила. Впрочем, все было построено на одном принципе, и через полчаса я поняла, что надо сделать, чтобы познакомить Фортема с великим искусством землян.

А именно – с картиной Малевича «Черный квадрат». Оставалось надеяться, изображение с камеры у него пропало. Удовлетворенная маленькой гадостью, я легла и почти сразу уснула.

Проспала… недолго по ощущениям. Просто в один прекрасный момент вдруг почувствовала на себе странный взгляд и… решила делать вид, что сплю.

– У тебя изменился пульс, – сообщили мне. – Ты проснулась.

Сказано это было с таким сожалением, словно Фортем вместо этого хотел сказать: «У тебя остановился пульс. Ты сдохла».