Принц криминальной империи

Но, может, папа смягчится, когда увидит, что учебный год я закрываю на “отлично”? Я даже пообещаю ему прилично вести себя на самом фестивале. Должен же он давать мне хоть какие-то послабления.

— Сима, через две недели выезжаем, — напоминает Таша. — Твое “почти” уже должно превратиться в твердое “да”.

— Слушай, а если не отпустит?

— Тогда мы тебя похитим! — радостно восклицает подруга. — И повезем навстречу приключениям!

— Мне бы твой оптимизм, — вздыхаю. — Ладно, буду паинькой, и, может, папочка согласится.

— Мне надо бежать, мама приехала. Встретимся послезавтра на экзамене.

— Ага, пока, — отзываюсь вяло и сбрасываю звонок.

Спрятав телефон в сумку, откидываюсь на подголовник. Никогда так не делаю. Несмотря на то, что моя семья пользуется услугами такси только премиум-класса, все равно неизвестно, кто тут ехал до меня, и насколько чистая у него была голова. Я слишком много вложила в свои волосы, чтобы по глупости заработать себе какую-нибудь болячку кожи головы. Как только эта мысль проскальзывает, я ежусь и возвращаю голову в прежнее положение.

До самого дома кручу в голове разговор с родителями. Я пока не знаю, какие аргументы буду приводить в пользу своей поездки, но что-то надо придумать. Меня же жаба задушит, если Таша поедет, а я — нет. Она начнет постить фотки, по сотне в день, не меньше. А я буду грызть локти, глазея на то, как развлекается моя подруга.

Войдя во двор, слышу, как в правом крыле мама играет на рояле. Тороплюсь туда. С мамой договориться проще. Надо сначала переманить ее на свою сторону. Сделать союзником. А там уже и папа подтянется. У мамы есть какие-то рычаги воздействия на отца. Она умеет поговорить с ним так, что он соглашается. Так что если она будет на моей стороне, можно считать, что у меня уже есть процентов восемьдесят победы.

— Мамуль? — заглядываю в комнату, которую оборудовали под мамин кабинет.

Она поднимает голову и кивает, чтобы я заходила.

Прохожу в ее гламурно-классическое царство, оставляя у порога свою пляжную сумку. Подойдя к маме, целую ее в макушку, и она двигается, давая мне место на скамейке.

В детстве я очень любила сидеть рядом и часами наблюдать за тем, как изящные пальцы мамы скользят по клавишам, выдавая чарующие звуки. Для меня это была чистая магия. А когда она предлагала мне попробовать, я отказывалась, боясь, что не вынесу сравнения с ее мастерством. Но в семь мама начала меня учить, и я преуспела в игре.

Бабушка очень хотела, чтобы я стала музыкантом, как она. Но папа рассудил, что мне понадобится более практичная профессия, и я с ним согласилась. Я вообще почти всегда согласна с ним, потому что папа у меня нереально крутой и умный. И вообще я его любимая принцесса. Но в последние пару лет как-то у нас стало много разногласий.