Принц и нищенка

Да и это так глупо, делов-то всего на две минуты! Хоть Чумакова дикая оборванка и удивительная колхозница, она довольно хорошенькая и у нее очень милые губки. Если она целуется так же страстно, как дерется, то я бы попробовал ее с удовольствием. Но обычным способом этого сделать не получится. После ее крепкого правого хука, ко мне пришло осознание, что с ней нужно договариваться. Она же нищенка, застиранные, старые шмотки, кнопочный телефон, ногти без маникюра… Надо просто предложить ей денег, по-любому она не откажется! Решил, что после выходных позову ее на разговор, но все вышло даже лучше, чем я предполагал.

Дикарка снова сцепилась со Стеллой. Если честно, Голубева вообще попутала, совсем не видит берегов со своей дележкой территории. Теперь еще и обиделась на меня за то, что подыграл Чумаковой. Ну а как? Во-первых, я же вроде бы собираюсь с ней целоваться. Во-вторых, в отличии от меня, Стелла получила справедливо, плюнуть под ноги, пока девчонка корячится над ведром- полное дно. Не знаю, оценила ли дикарка мой жест, но поговорить согласилась. Договорились, что я забегу к ней после восьми.

На всякий случай два раза чищу зубы, надеваю свежую футболку и щедро брызгаюсь парфюмом. Не, ну а вдруг? Ровно в двадцать ноль ноль стучу в дверь Чумаковой полностью заряженный на успех. Она снова открывает со взглядом крутой воительницы и я вновь не могу сдержать улыбку. Хочется как-то прокомментировать ее растянутый свитер, который видимо достался дикарке в сражении со старым дедом, но сегодня у меня дипломатическое настроение.

— Добрый вечер, Василиса, — говорю вежливо и прохожу в знакомую комнату.

— Сразу к делу! — смотрит на меня недобро и отходит к письменному столу, — Я не намерена вести с тобой светские беседы.

А вот это проблема. Без предыстории прозвучит просто ужасно, но я попробую сформулировать.

— К делу, так к делу! — я присаживаюсь на ее кровать, — Только сразу хочу предупредить, если ты еще раз меня ударишь, я подкараулю тебя в каком-нибудь углу, скручу так, чтобы ты не могла двигаться и потрогаю тебя во всех местах. Ты не любишь, когда тебя трогают, я не люблю, когда меня бьют- все честно!

Вижу, как испуганно округляются ее глаза и слегка приоткрываются сочные губы. Я сразу заметил, что Чумакова очень дерганая, стоит к ней немного приблизиться, шарахается, как от огня.

— В общем, ты же взрослая девочка, так что, давай без обид и прелюдий, — смотрю на нее уверенно, — Мы тут с Лавреновым поспорили, что я тебя поцелую, но вижу, что ты не хочешь и возиться с тобой у меня нет ни времени, ни желания.