Принц б/у

Маргарита ушла, прихватив сумочку, о чем неутешительно поведал ему пустой стул спутницы. Уговаривая себя, что без сумки пудриться, мыться и заниматься необходимой подготовкой было бы затруднительно, он пробежался глазами по залу и зацепился за колючий и пристальный взор официанта. Тот немедленно фигурными зигзагами подплыл к столику и выжидательно склонил зализанную голову на бок:

– Десерт подавать или вы без дамы не будете?

По спине съехала холодная капля: без дамы! Что это значит? Он просто должен подождать ее и заказывать вместе? Или этот хлыщ видел, как Маргарита ушла, и теперь интересуется, станет ли клиент заедать свое одиночество сладким?

– Я еще с горячим не закончил! – вывернулся Коля, одновременно с официантом глянув на чудовищную кашу, несъедобной амебой расплывшуюся по тарелке.

– Прошу прощения! – с какой-то ехидной готовностью поклонился официант и исчез.

Следующие полчаса Коля потел, дрожал и впадал в ступор. Как только в поле его зрения появлялся официант, он с заинтересованным видом принимался тыкать вилкой в остатки ужина, задумчиво разглядывать люстру на потолке, то ли изображая, что сомневается в прочности креплений, то ли демонстрируя приход музы. Во всяком случае, сам бы он четко сформулировать не смог, что именно хочет донести до окружающих.

Маргарите надоело разглядывать томящегося кавалера, к тому же у нее устали ноги и веселый хмель слегка выветрился. Николай снова стал ей до крайности противен мягкотелостью, трусостью и неплатежеспособностью.

Когда они с Лидкой планировали все за рюмкой чая, схема казалась простой и легко выполнимой. Циничной Маргоше, тасовавшей кавалеров по мере их пригодности и состоятельности, причем не только физической, но и финансовой, ничего не стоило вскружить голову любому нужному мужчине. На какой стадии отношения тормозились, зависело исключительно от желания самой Маргариты. Кто-то прочно застревал на стадии поцелуев и туманных обещаний со стороны недоступной красавицы, а кого-то допускали и до тела. Но счастливчиков было мало. Сейчас она смотрела на Николая и понимала, что даже одно его присутствие уже портит ей настроение и вызывает смутное желание удалить с горизонта помеху, как «дворники» стирают с лобового стекла брызги из ближайшей лужи или упавшую сверху птичью неожиданность. Кроме того, Маргоша не ощущала исходящего от Николая желания или хотя бы призыва, который всегда чутко ловила на интуитивном уровне. Это раздражало.