Принц б/у

– Придется! Я хочу раз и навсегда расставить все по своим местам! Не желаю жить в постоянном ожидании твоей немотивированной мести! Кстати, даже если у тебя и есть какая-то мотивация, то она в любом случае плод твоего болезненного воображения!

Страх колкими мурашками пробежал по Маргошиной спине, пощекотал затылок и ледяной волной свалился в ноги, сделав их тяжелыми и вялыми. Мысль, что ее сейчас покалечат, перепутав с кем-то другим, энтузиазма не прибавляла.

– Что ты затеяла? Отвечать быстро и не раздумывая!

Колясик был уверен, что фактор внезапности ему поможет. Сообразив, что Рита пришла к Ольге одна, видимо, считая, что дома никого больше нет, уставший трястись за свою шкуру мужик вознамерился немедленно выжать из нее все подробности предстоящей акции, орудием которой Маргоша явно выбрала его безмозглую дочь. Но начать допрос сразу у него не хватило выдержки, из-за перенесенного стресса из Николая полезло всякое бабское нытье и причитания.

Татьяна затаилась в комнате, боясь выйти. Она не поняла, кто пришел, но уже заранее не ждала ничего хорошего. Страх за дочь, совершенно выпавшую из реальности и не реагирующую на внешние раздражители, ужас перед грядущей расплатой за давнее предательство, стыд в предчувствии неизбежной встречи с Ритой – все это опутало и раздавило Татьяну, лишив моральных сил жить дальше. Остались лишь животные рефлексы, и в душе агонизировал инстинкт самосохранения.

Олечка даже не повернула головы на несшиеся из прихожей вопли. Ей было все равно. Она уже не ощущала себя ни жертвой, ни личностью, все более осмысленно поглядывая в сторону тяжелых портьер, закрывавших такое светлое и манящее окно. За ним была прозрачная бесконечная голубизна и ощущение полета, обещавшего вечное счастье.

Побороться с Ритой на равных Николай, конечно, хотел бы, но, будучи человеком разумным, сознавал, что эта борьба сродни восстанию комара против свернутой в трубочку газеты – оценивать свои силы надо объективно. Может, эти олигархи свои проблемы под асфальт закатывают. Поэтому он выбрал позицию несправедливо репрессированного, решив воззвать к Маргошиной совести. В крайнем случае Колясик планировал сдать вновь обретенную семью: так опытный гроссмейстер жертвует пешкой, чтобы спасти партию.

– Я хотела с Ольгой поговорить, – пролепетала Маргоша, лихорадочно соображая, как лучше вести себя с психопатом.

– Разговаривай! – И Коля втолкнул ее в скромно обставленную комнату, а сам подошел к дивану, на котором кто-то лежал.

Запах чеснока смешался с запахами затхлого воздуха и лекарств. Риту замутило. В комнате было сумрачно, несмотря на то, что за окнами давно разлился ясный солнечный день.