Принц б/у

По потолку проползали блеклые полосы света, во дворе надрывалась кошка, будя округу душераздирающим младенческим плачем. Сначала Таня пыталась считать слонов, потом заставляла себя расслабиться и заснуть, но ничего не помогало. Она переживала. Сегодня ей был нужен крепкий сон, чтобы завтра при знакомстве с Борисом выглядеть не помятой промокашкой, а нежным, хорошо сохранившимся бутоном. Хоть Татьяна и сказала Шурочке, что ничего такого не планирует, но поджимающий возраст и сомнительное положение без пяти минут разведенки подсказывали, что в ее ситуации каждый шанс может оказаться последним. По рассказам Александры она знала, что брат проживал вместе с ними, и пока он не женился, разменивать большую квартиру было жаль. Но любовь, как известно, измеряется километрами, поэтому брат с сестрой слегка поднадоели друг другу, и Шурочка, пользуясь случаем, пыталась сбагрить родственника хотя бы на время. При любом раскладе дамы в данном вопросе были союзницами, и Таня рассчитывала, что подруга распишет ее с лучшей стороны, правильно сориентировав холостого брата. В любом случае от планов на Бориса всегда можно было отказаться, если вдруг выяснится, что вариант этот имеет изъяны, несовместимые с семейной жизнью.

Часа в три по коридору прошлепала свекровь. Старая кошелка затаилась под ее дверью, посопела и тихо двинулась дальше. Татьяна соскользнула с кровати и крадучись пошла за старухой. Как и следовало ожидать, Елена Сергеевна была поймана в ванной комнате за наливанием в бутылку из-под шампуня подсолнечного масла. Шампунь был новым и дорогим. Последние янтарные капли медленно подползали к сливу.

– Тебя сейчас прибить или сама сдохнешь?! – Таня перегородила выход из ванной комнаты, гневно сжав губы и раздувая ноздри.

– Я закричу, – трусливо мявкнула бабка и метнула в невестку емкость с маслом.

Татьяна отскочила в сторону. Воспользовавшись этим, старуха выбралась из ловушки и галопом понеслась на свою территорию. К глубочайшему удовлетворению Тани, Елена Сергеевна умудрилась поскользнуться на собственноручно разлитом масле и грохнулась в жирную лужу, обдав золотистыми брызгами выцветшие обои.

– Сначала тушку надо в тесте обвалять, а потом уже в масло шлепать, – мстительно припомнила она свекрови один из ее любимых кулинарных советов.

Инцидент подействовал на Татьяну лучше любого снотворного, и она спокойно заснула, блаженно улыбаясь. Ночью ей снилась Елена Сергеевна в панировке, сидящая на огромном блюде с яблоками. На голове у нее был венок из петрушки. Грозно шамкая, она требовала добавить к яблокам клюкву, взять приправу из высокой банки и порезать картошку тонкими ломтиками. В общем, старуха вовсю руководила собственным приготовлением.