Принцип неверности

 — Там просто идеальные условия для организации защиты. Двери служебного входа — со стороны тихой соседней улочки. Там человек просматривается на два квартала вперед. Припарковать там постороннюю машину — нереально.

— Это почему же? — опять подал голос Галушко. Он куда-то выходил, пока рассказывала про ДК. А теперь вернулся и, как я догадываюсь, влил в себя еще порцию спиртного. Поражаюсь я, глядя на таких «работников». И он еще жалуется на своего подопечного! Сам ненамного лучше Хрыкина. С той только разницей, что Хрыкин — начинающий алкаш, а Галушко — законченный.

Однако несмотря на то, что он меня сильно раздражал все эти дни, я постаралась просто и доходчиво объяснить ему, на чем основана моя уверенность.

— На этой улице, в частности, в непосредственной близости от служебного входа в «Центральный», масса всяких офисов, кафе и забегаловок. Сомневаюсь, что вам позволят парковать там транспорт, если вы не являетесь клиентом одного из этих заведений. Как правило, охрана следит за этим процессом очень бдительно. Хозяева наказывают за такого рода промахи рублем. Причем суммы штрафов нередко равны половине ими заработанного.

— Ерунда это все, милое дитя, — хрипло засмеялся Галушко. — Вы, девушка, вообразили себя Гинденбургом или кем-то наподобие того? Но все, что вы тут нагородили… все это — лажа! Давайте поспорим, что я свободно пронесу ствол куда угодно. Поставлю машину там, где мне захочется… Ерунда это все, — твердо повторил он в очередной раз. — На того пентюха будет покушение, и пройдет оно весьма успешно…

— А ну пошел вон отсюда, пьянь несчастная!!! — побагровев от натуги, заорал Погорельцов на Галушко. — Пошел вон, я тебе сказал!! Проспись!!!

Тот удивленно уставился на продюсера и даже открыл рот, чтобы что-то возразить, но Погорельцов не дал ему этого сделать. Схватив начальника по безопасности в охапку, он буквально вытряхнул его из номера.

— Извините, Евгения Максимовна, — попытался изобразить улыбку продюсер. — Сами видите, с какими придурками приходится работать, — при этом он зло посмотрел на Арчирова. Тот, несмотря на свои габариты, умудрился сдуться до размеров футбольного мячика и сделался почти незаметным в кресле.

— Ничего страшного, — как можно любезнее ответила я. — Видимо, Вадим Сергеевич сильно перебрал, вот и понес откровенную чепуху. Так бывает, когда пьют, не закусывая.

— Так вы полагаете, что второй зал совершенно безопасен?

— Я не говорю, что он совершенно безопасен. Я считаю, что «Центральный» как нельзя лучше подходит для обеспечения этой самой безопасности. Конечно, если этим будут заниматься все, кому это положено по штату.

— Вот и прекрасно, — потер руки Погорельцов. — Я очень на вас рассчитываю, Евгения Максимовна.