Принцип неверности

Думаю, что подход к прессе и общение с поклонницами придется перенести на более удобное время.

— Это невозможно, — тут же заупрямился Хрыкин. — Люди собрались, чтобы увидеть меня…"

"— Я настаиваю! — не дала я договорить ему. — Надеюсь, меня поддержит и ваша служба безопасности?

Седоволосый посмотрел на меня в упор, но я совершенно спокойно выдержала его взгляд.

— Делайте, как она говорит, — нехотя выдавил он, отводя глаза в строну.

«Бегемотики» быстро подхватили Хрыкина под белы руки и буквально волоком потащили его к машине. Толпа фанаток рванула за ними. Я посмотрела им вслед, ощущая какое-то смутное беспокойство. Что-то наигранное было во всем этом спектакле.

— Евгения Максимовна, — отвлек меня Арчиров, — не будете ли столь любезны подвезти меня до гостиницы?

— Поехали. Нам же по пути…

Арчирова я, откровенно говоря, согласилась подвезти не только по доброте душевной, но и с чисто меркантильными целями. Не знаю почему, но поведение седоволосого начальника службы безопасности мне показалось неестественным. Слишком уж спокойно он воспринял попытку покалечить своего «сюзерена». А ведь от того, насколько целым и невредимым пребывает Хрыкин, напрямую зависит не только его финансовое благополучие, но и деловая репутация в целом. Я рассчитывала выкачать хоть какую-то информацию от директора арт-агентства. В конце концов, он общается с этой публикой чаще меня и наверняка знает о них что-нибудь такое-эдакое. Разговор с ним я начала, что называется, в лоб:

— Этот седой — начальник охраны Хрыкина?

— Вы про Вадима? — рассеянно ответил Арчиров, думая о чем-то своем. — Да, только не вздумайте назвать его вслух начальником охраны. Он этого жутко не любит!

— А как же я должна его называть? — удивилась я.

— Начальник СБ, — усмехнулся Арчиров. — Ей-богу, играются, как дети малые.

— Пока что я вижу, что разговоры о возможном покушении на Хрыкина — далеко не бред чьего-то воспаленного сознания. Букет с петардой был брошен вполне профессионально, а самое главное — прицельно.

— Я в этом ничего не понимаю, — отмахнулся Арчиров.

— Зато я понимаю, — веско ответила я. — И поверьте: не меньше, чем вы в своем деле. Кстати, что представляет собой этот Вадим?

— Да я как-то никогда этим не интересовался, — задумчиво проговорил Илья Семенович. — Кажется, он бывший мент или из военных. Его Погорельцов где-то выкопал.

— А кто такой Погорельцов? — тут же спросила я.

— Продюсер и администратор Хрыкина. По сути, он монопольный владелец хрыкинского таланта, — произнося слово «талант», Арчиров насмешливо хмыкнул. — Собственно, он и открыл этого самого Хрыкина, на нашу голову.