Принцип неверности

Олег ворвался в номер, словно вихрь:

— Женька, ты, как всегда, неотразима! Галушко уже что-нибудь рассказал?

— Хотел, но я решила тебя дождаться. Понимаешь, у них там что-то посерьезнее, чем просто мошенничество с «фанерой».

— С чего ты взяла? — Олег сделал стойку.

— Он чего-то боится, причем по-взрослому.

— Уже интересно! Знаешь, Арчиров на что-то такое намекал, но я не придал этому значения. Думал, он спьяну все это плетет. Ладно, давай попробуем разговорить Галушко.

Мы разговаривали в соседней комнате, поэтому вряд ли Вадим Сергеевич мог нас слышать. Когда мы вышли, я поразилась произошедшей с Галушко перемене. Видимо, время, проведенное со связанными руками, в неудобной позе, а также осознание того, что он проиграл по всем пунктам, повлияли на Галушко отрезвляющим образом. Он был морально сломлен. Возможно, поэтому, когда Олег и Стас начали устанавливать аппаратуру, начальник службы безопасности никак на это не отреагировал. Даже не пытался протестовать. Когда Котехов задал первый вопрос, Галушко заговорил монотонным голосом, без всяких эмоций.

…Галушко познакомился с Погорельцовым лет десять тому назад. Владимир Алексеевич тогда занимался каким-то бизнесом. Однако, как потом выяснилось, настоящим, а главное, основным источником его доходов было мошенничество. Нельзя сказать, чтобы это были аферы века. Например, такие, как знаменитые МММ, Хопер Инвест и иже с ними. Нет, «работал» Погорельцов крайне осторожно и никогда не жадничал. Предпочтение отдавал провинции, частенько говоря, что там не перевелись еще наивные идиоты.

Например, в нескольких сибирских городках Погорельцов создал кинокомпанию, использовав название известного и весьма популярного киножурнала. Он умудрился не только зарегистрировать свое предприятие, но даже сделал печать и снял приличный офис. Схема обмана простых граждан была проста, как и все гениальное. В объявлении он писал о наборе детей для съемок в кино. Были указаны вполне конкретный адрес, телефон и так далее. От желающих не было отбоя. Каждый родитель считал, что если его чадо хорошо учится, читает с выражением стихи, поет, а уж тем более танцует или играет на музыкальных инструментах, то его просто обязаны взять в кино. Записываться на просмотр приходили толпами. Правда, вскоре прояснялась одна маленькая неувязочка. За регистрацию надо было заплатить некоторую сумму денег. Кое-кто по этой причине отсеялся. Но называемая людям сумма была настолько незначительной, что большинство претендентов осталось в списке. Просмотр кандидатов должен был состояться примерно через месяц. За этот срок родителям вундеркиндов предлагалось подготовиться.