Принцесса

Действительно л"" она хочет отдаться ему сейчас, когда он видит в этом только способ избавиться от ярости? Если только так можно заполучить Штефана, то — да! Но неужели нельзя по-другому? Он же обещал не срывать злость на ней, а прийти лишь тогда, когда она станет по-настоящему желанной для него. Но это было сказано так давно.., уже и забыто, наверное. Сегодня же она всему виной… Впрочем, если бы не это происшествие, он не пришел бы к ней вовсе.

Ох, как же он зол на то, что она чуть не убила его! Он уверен в этом, да к тому же считает, что история с покушением всего лишь выдумка. Эта злость и подогревает его, а попробуй его успокоить — не окажется повода заняться любовью, обоюдное желание может не заинтересовать Штефана. Угомонившись, он скорее всего отправится обратно к Алисии. Почему же этот человек стремится к любви только в таком необычном состоянии?

Таня никак не могла решиться, но чувства постепенно брали верх над разумом, она дрожала от волнения и замирала от каждого нового поцелуя. Но любит ли она Штефана?

У Тани не было ответа на этот, казалось бы, простой вопрос. Но в одном она была твердо уверена — она безумно хочет принадлежать Штефану, не может позволить другой женщине владеть им. Пусть он испытывает к ней сейчас всего лишь гнев, смешанный с вожделением, она не отпустит его. Вот и ответ. Он овладеет ею, и их совокупление будет яростным и быстрым… А может быть, не таким?.. Она забыла, что раньше, даже когда Штефан сердился на нее, он не обращался с ней грубо и бесцеремонно. Он проявлял настойчивость, мог быть неумолимым, но ни разу не причинил ей боль.

Нет, в этот раз она пойдет до конца. Штефана уже не остановить… И Таня уже теряет голову… Такое наслаждение! Она чуть не вскрикнула от удовольствия, но спохватилась — вспомнила, что Штефан очень чутко реагирует на любой посторонний звук. Боже, а вдруг кто-то войдет или постучит, как уже было на пароходе! Он сразу же очнется и уйдет… Эта мысль побудила Таню к действию. Она стала отвечать на поцелуи с безудержной страстью.

Штефан стал легонько подталкивать ее к кровати. Таня, ощутив ногами край, испугалась, что упадет, выпадет из его рук… Но он опустил ее бережно и даже нежно, что поразило ее, сам не навалился на нее всем телом, как она ожидала, а лег рядом, покрыл поцелуями ее лицо, опять жадно припал к ее полуоткрытым губам… Все, что он делал, было не так, как это бывало в яростном порыве, а так, как должно было понравиться Тане. Он не спешил и, казалось, наслаждался пробуждением ее чувств… Словно и не был одержим злостью до этого… Так, наверное, бывает между двумя возлюбленными. Таня не могла не чувствовать благодарности за это.