Принцесса

Поэтому вы ничего уже не в силах изменить.

— Я могу сказать «нет»!

— Это не поможет Вы воспитывались в стране, где закон утверждается и вершится многими, но родились вы в той стране, где только слово короля — закон. По велению Штефана так и будет, ко всему прочему это желание его отца.

— Но не его самого!

Это был не вопрос, но Иошка счел нужным ответить:

— Пока он не приехал сюда на поиски вас, принцесса, это не было его желанием. Но так ли это теперь, трудно сказать."

"Таня была в этом уверена. Долг прежде всего, как сказал Василий, личные предпочтения не в счет. Штефан женится на ней, помимо собственной воли И она поняла, что у нее нет выбора. Она связана по рукам и ногам. У нее даже не будет возможности отомстить им всем за свои мучения…

Иошка увидел, что Таня расстроена, и нарушил затянувшееся молчание:

— Может, мне все-таки рассказать вам о шрамах Штефана? Вы тогда, возможно, поймете его лучше.

— Не стоит! — отмахнулась девушка. — Мне это вовсе не интересно.

Глава 31

Может быть, в тот момент Таню действительно не интересовал этот вопрос, но на следующий день она не удержалась и спросила Лазаря о шрамах Штефана за завтраком.

— Шрамы? — удивился тот. — О, это очень деликатная тема, принцесса.

— Одна из тех, которые Штефан не любит обсуждать, — добавил Андор.

— Ах, ради Бога, не надо говорить о том, что не понравится его величеству! — воскликнула Таня, презрительно усмехнувшись.

Лазарь посмотрел на нее с укоризной.

— Вы опрометчиво себя ведете, принцесса, — сказал он. — Если бы вы только знали, как неприятно всем видеть Штефана в таком состоянии…

Андор перебил его:

— "" Она знает, но, как и большинству женщин, ей все равно, каким образом добиться своего.

— Это совсем не так, — отрезала Таня, попробовав обидеться, и недовольно пожала плечами. — Не хотите говорить — не надо. Я сама спрошу Штефана при случае, несмотря на всю щекотливость вопроса.

Они оба всплеснули руками:

— Не одно, так другое…

— Женщины ничем не гнушаются…

— Что за крики! — оборвала их Таня с явным презрением в голосе. — Вселенская тайна из-за пустяков! А может, — добавила она вдруг, хитро прищурившись, — Штефан стыдится этого?

— Стыдится? — Лазарь от удивления даже привстал и, перегнувшись через стол, негодующе уставился на Таню. — Штефан рисковал своей жизнью, чтобы спасти другого человека. Здесь нечего стыдиться, ваше высочество.

— — Так почему же ты сразу не сказал об этом? — воскликнула Таня. — Похоже, он герой.

— Расскажи ей, Андор, — и Лазарь опустился на стул. — Может, поймет наконец и перестанет об этом говорить, во всяком случае, оставит Штефана в покое.

Андор начал свой рассказ словно нехотя:

— Штефан всегда отличался отвагой, не боялся опасности, бросался в бой не задумываясь.