Ледяная принцесса

Гвардейцы привыкли подчиняться, остальные если и имели возражения, то не сочли место подходящим для вопросов, благоразумно решив. Что время задать вопросы будет еще."

"— А на самом деле почему запретила использовать магию? — поинтересовался Лешка, когда они уже ехали по дороге. — Мы же по центральным районам едем, тут народу тьма и каждый магичит. Не в лесах на границе.

— Надеюсь так и дальше будет, — кивнула Ленайра. — Но если с шоссе придется свернуть, то пусть к тому времени привыкнут обходиться без магии. Урока с Дирией мне вполне хватило.

— Все-таки думаешь, что нас будут преследовать?

— Обязательно будут, хотя, конечно, не с целью убить. — Тут Ленайра задумалась. — Меня убивать не будут, а вот вас могут.

Тут уже настала очередь Лешки задуматься.

— Полагаешь?

— Я подумала, что убийство деда могли организовать не потому, что он подобрался к чему-то, а чтобы каким-то образом повлиять на позицию Рода. На него повлиять надежды мало — он опытный политик и на интригах собаку съел. А вот неопытный наследник… да если лишить его окружения…

— Гм… как-то это… сложно, наверное.

— Согласно, вероятность такого не очень большая, но учитывать ее стоит. В любом случае, именно мое окружение сейчас под угрозой. В любом случае, полагаю, многие ответы мы найдем в столице. Нужно спешить.

И они спешили… Собственно в первые два дня никаких проблем не возникло. В городах, стоило представителям властей узнать Ленайру, как им оказывали любое разумное содействие. Даже ворота городов открывали вечером, уже после того, как их запирали на ночь. Сменные лошади, необходимые припасы — все, что могло только потребоваться в пути.

Вернулся Гром с ответным письмом от императора, которое Ленайра перечитала несколько раз, хмурясь все сильнее.

— Что-то неприятное? — не выдержал Лешка.

— Да в том-то и дело, что нет. Я вообще не понимаю, о чем оно. Я ожидала, что императору не понравится моя самодеятельность, он выскажется по этому поводу… тут же… ни о чем. Ему словно все равно осталась бы я в школе или отправилась бы в дорогу. Но ведь так не может быть. Письмо словно и не император писал…

— А почерк его?

Ленайра глянула на друга как на дурачка.

— Ты серьезно полагаешь, что такие письма император пишет лично? Надиктовал секретарю и ему же велел отправить.

Отчасти предположение Ленайры подтвердилось тем, что теперь путешествовать стало намного сложнее. С ними по-прежнему обращались крайне вежливо, но постоянно возникали мелкие проблемы, конечно же совершенно по независящим от властей причинам, но которые постоянно задерживали их в дороге. Несколько раз намекали, что неплохо бы государственного преступника разместить в тюрьме. Правда после отказа Ленайры передать им наследника не спорили.