Ледяная принцесса

 — Я-то человек военный, привык все свои вещи держать наготове — встал и можно ехать. Но вот о том, что ребятам нужно вещей побольше, не подумал.

— Мужчины — большие мальчишки, — вздохнула Ленайра и подмигнула хихикающей Ане. — Вся разница между ними в стоимости игрушек.

Обсуждение затянулось допоздна, и разбредались все по комнатам уже далеко за полночь. Юрий Петрович лично позвонил в детдом Ани и Бориса, а так же родным остальных ребят, что они переночуют у них. Нигде проблем не возникло — уже привыкли, что когда в гости приезжает Снежана, ребята пропадают вместе почти постоянно. Да и по большему счету никому, кроме родителей Митьки, до детей не было никакого дела.

Ленайра слушала разговор Юрия Петровича с отцом Витьки и прикидывала, как сделать так, чтобы его отец согласился отпустить сына. Ясно, что предложи денег, и он с радостью отпустит, но что-то не хотелось так делать. Словно раба покупаешь. Для нее, выросшей в обществе, где рабство присутствовало — это было вовсе не простым словесным оборотом. В конце концов, решила определиться на месте, когда будет говорить с родней ребят. Самыми беспроблемными в этом отношении были близнецы — директор детдома и пикнуть не посмеет против Юрия Петровича.

На следующее утро после небольшой тренировки все опять собрались за столом под навесом, сверяя списки с теми вещами, которые, по мнению ребят, могли им понадобиться. После недолгого спора договорились, что каждый составляет свой список, а потом все их сверяют. Если вещь попадается у всех — ее берут. Если кто-то предлагает взять что-то нужное, о чем никто больше не подумал — тоже. Остальное обсуждают.

— Раскладушка… — Аня подняла голову от списка и удивленно посмотрела на Кольку. — Раскладушка?

— А чё? Мало ли где нам ночевать придется?

— У вас в поместье кроватей нет? — повернулась к Ленайре Аня.

Сама Ленайра в споре не участвовала, но было видно, что он доставлял ей настоящее наслажденье.

— Каждому выделят свою комнату вместе с мебелью. Кровати там тоже имеются.

— Нет, а че? А вдруг пригодится?

Аня решительно вычеркнула раскладушку, не обращая внимания на возмущение друга.

— Свечи… Коль, ты вообще это серьезно или от балды писал?

— У нас гости, — прервал спор Лешка, который тоже мало принимал участие в разговоре, здраво решив, что свои вещи он отберет сам, а об остальных позаботится отец. А если что и забудется, всегда можно прийти и взять. Вчера вечером, когда остальные разошлись по комнате, он об этом и спросил. Зачем, мол, такие сложности? Пусть каждый решает для себя и берет то, что посчитает нужным.

— Да ладно тебе, — хмыкнула Ленайра. — А как же веселье?

— Веселье? — изумился Леша.

— Ага.