Единственная, или Семь невест принца Эндрю

Когда подошло время ужина, обе халитессы заверили, что закончат с нарядами сами и велели Глафире и Зурим спокойно отправляться в обеденный зал, что девушки и сделали.

До двери оставалось несколько метров, когда стали слышны возбуждённые голоса. Ссорились Киприс и Ядалина. Не обращая внимания на вошедших, они продолжали язвительную пикировку.

– Своих мозгов нет, решила чужими воспользоваться? – едко выпалила профессорша алхимии. При этом смотрела на красавицу так, что того и гляди вцепится в волосы.

– Чтобы составить танцевальную композицию, нужны не мозги, а фантазия, и кое у кого она дальше заумных формул не работает, – полила собеседницу ответной желчью Ядалина.

– Обвиняют друг друга в плагиате, – шепнула Барба Глафире. – Киприс думает, что Ядалина подсмотрела её номер и украла идею самых ярких элементов. А Ядалина, наоборот, уверена, что это Киприс занимается шпионажем.

– Девочки, не ссорьтесь, – попробовала утихомирить разошедшихся конкурсанток Агнесса. – Ничего страшного, что в ваших номерах много одинаковых элементов. Исполнить-то их можно по-разному. Вложить жгучую страсть или, наоборот, лёгкую игривость. Тогда получатся два совершенно непохожих танца.

Представить тощую заносчивую профессоршу алхимии что страстной, что игривой можно было, пожалуй, только в кошмарном сне. И Ядалина, почувствовав своё явное преимущество, больше на выпады Киприс не реагировала. Окончательно разрядила обстановку Барба, задав вопрос, который озадачил всех конкурсанток:

– Девочки, а вы подготовили небольшую историю о танце? Мне моя халитесса посоветовала перед началом выступления рассказать, как возник танец и что он символизирует. Королева это любит.

Девочки закивали, что, мол, само собой – подготовили. Но по их напряжённым лицам не трудно было догадаться, что ни одной из них и в голову не приходило в довесок к танцевальному номеру готовить ещё и спич.

Под конец ужина в обеденном зале появился Крайс. Хромейстер выглядел мрачным и озабоченным:

– Глафира, не могли бы вы зайти ко мне, когда освободитесь? – ледяным голосом поинтересовался он.

У Глаши мурашки по коже пошли. Она быстро прокрутила в голове поездку на ярмарку. Вроде бы никаких эксцессов. Чем же Крайс недоволен?

После ужина, захватив на всякий случай все чеки (хорошо, что сохранила) и остатки денег, Глафира направилась в апартаменты хромейстера, готовая с бухгалтерской точностью отчитаться за траты.

– Вот, – сказал хозяин комнаты, не успела Глаша переступить порог, – сломался.

Только теперь, увидев убитый взгляд Крайса, устремлённый на плеер, стало понятно, в чём дело. Рано или поздно это должно было произойти – батарея разрядилась.