Жестокий принц

Он без ума от вас. На его месте я бы давным-давно отослала вас назад.

Кто бы сомневался.

– Если ты, невзирая на мое предупреждение, свяжешься с принцем Даином и если он сделает тебе ребенка, своего наследника, не говори об этом никому, пока не скажешь мне. Поклянись могилой матери.

Я чувствую ее руку на моей шее, ее ногти на коже и мигаю.

– Никому. Понятно?

– Обещаю. – Ну уж эту-то клятву я выполню без труда. Нужно только добавить серьезности, чтобы она поверила. – Серьезно. Я обещаю.

Ориана убирает руку.

– Можешь идти. Отдохни хорошенько. Когда встанешь, до коронации будет уже всего ничего, а потом времени на отдых останется мало.

Делаю реверанс и выхожу.

В холле ждет Тарин. Сидит на скамеечке, украшенной резными свернувшимися змеями, и качает ногами. Когда дверь закрывается, она поднимает голову.

– Что это с ней?

Чувства смешались, и я пытаюсь отодвинуть весь этот комок.

– Ты знала, что она была когда-то женой Верховного Короля?

Брови у Тарин подскакивают.

– Нет. Это она тебе сказала?

– Да. – Я думаю о матери Локка и поющей птичке в золотом желуде, об Элдреде, сидящем на троне со склоненной под тяжестью короны головой. Представить его с любовницей трудно, да и сколько их должно быть, чтобы иметь столько детей. Для фейри их количество просто неестественно. А может быть, у меня просто слабое воображение.

– Ха. – Выражение на лице у моей сестры говорит о том, что у нее с воображением тоже не все в порядке. Она недоуменно хмурится, потом вроде бы вспоминает, о чем хотела меня спросить.

– Ты знаешь, зачем сюда приходил принц Балекин?

– Он был здесь? – Большего удивления я изобразить бы не смогла. – В доме?

Тарин кивает.

– Приехал с Мадоком, и они несколько часов провели в его кабинете.

Интересно. Значит, они прибыли уже после отъезда принца Даина. Надеюсь, принц Балекин не услышал об исчезновении служанки. Боль пронзает руку каждый раз, когда я шевелю ею, но сейчас хорошо уже то, что она вообще шевелится. Еще одного наказания можно и не выдержать.

И тем не менее Мадок вовсе не казался сердитым, когда принесли платья. Он был таким же, как всегда, даже довольным. Может, они с Балекином разговаривали о чем-то другом.

– Странно. – Я не могу рассказать сестре о Софи, не признавшись, что служу Даину, а раскрывать эту тайну мне запрещено. Хорошо, что до коронации рукой подать, а после нее все будет по-другому.

* * *Поздно вечером лежу на кровати в одежде, жду Призрака, дремлю. Пропущено уже два занятия: первое – из-за вечеринки у Локка, второе – из-за Софи. Если он придет, то определенно не в лучшем настроении."

"Выбрасываю все постороннее из головы и сосредотачиваюсь на отдыхе. Вдох – выдох.

Когда я только попала в Фейриленд, у меня возникли проблемы со сном.