Принц Темный, принц Светлый…

Это касалось и разноцветных. Бывало и так, что мы не могли подойти к девушкам практически до самого конца Игр, она давала нам возможность только раз потанцевать или переброситься парой слов. Другое дело, что, поскольку все равно не мне решать, жениться или нет на разноцветной, я предпочитал не привязываться и скорее радовался подобным действиям Ниалоны. Сейчас… Желание играть по навязанным правилам с каждой минутой, проведенной рядом с Эрин, становилось меньше. Надо бы к Лесным съездить, уточнить у них несколько моментов, пока же послушаем, что скажет лианоссе ЛасГаллен. Похоже, сегодня у меня вечер приятных сюрпризов и сплошного поддразнивания любопытства, которое возрастало с каждой минутой. Маленькая Эрин оказалась ой как непроста…

– Она не хочет, чтобы я вышла замуж за одного из вас, – просто ответила Эрианор.

И так спокойно, почти равнодушно, что я почувствовал недоумение: ей все равно, может ли она стать королевой? Или все равно, чьей женой стать? Или надеется, что если пойдет против правил Ниалоны, это поможет избежать свадьбы и остаться в живых? Не-э-эт, хорошая моя, не получится. Я сделаю все, чтобы ты не умерла и досталась мне. Ведь Оллер, может, и прав в своих догадках, что это из-за Ниалоны разноцветные умирают. Может, решать все-таки должен кто-то из нас с Темным?

Музыка очень некстати закончилась, и по выразительному взгляду Эрианор я понял, что, если не отпущу, она сотворит какую-нибудь гадость. Злить без нужды мою будущую жену не хотелось, поэтому я с превеликой неохотой убрал руки.

– Я бы хотел продолжить наш в высшей степени интересный разговор, – произнес негромко, от греха подальше спрятав руки за спину – пальцы чесались ухватить тонкое запястье Эрин и не отпускать.

Каштановая бровь изогнулась, на соблазнительных губах появилась предвкушающая улыбка. Я напрягся: что задумала? Лианоссе ЛасГаллен двумя пальчиками взялась за юбку и присела в реверансе, склонив голову, так что выражения ее лица я не видел. Зато получил прекрасный обзор декольте, в котором покачивался рубиновый кулон… Как и выставленной в разрезе стройной ножки и кружева подвязки. Все вопросы моментально вылетели из головы, я непроизвольно сглотнул, не в силах отвести взгляд от приятного во всех смыслах зрелища. Ох, Эрин, что ты творишь и что в тебе такого, что у меня напрочь отшибает способность мыслить при взгляде на тебя?!

– Я подумаю, ваше высочество, – проворковала несносная дразнилка, и хрипловатые, чувственные нотки в этом бесподобном голосе окончательно лишили меня на некоторое время возможности связно думать.