Принц Темный, принц Светлый…

Остановилась и посмотрела поочередно на собеседников:

– Вам ни о чем не говорит?

– Говорит, говорит, лианоссе, мы же сказали, занимаемся, – весело отозвался Йен. – И да, Эрин, раз вы с Ниалоной выяснили все, больше вам встречаться и разговаривать не о чем.

– Сама не горю желанием, – хмыкнула и решила все-таки осторожно осведомиться еще об одном важном моменте. – Скажите… – замялась, пытаясь поточнее сформулировать вопрос, – До каких пор вообще все эти Игры с выбором невесты будут длиться? Ну, то есть когда ваше проклятие пропасть должно? Сразу после обряда или когда?

– Ты такая любопытная, Эрин, – протянул Йен, и я поняла, что слегка увлеклась. – Другие до тебя не интересовались такими вопросами.

– Может, потому что другим вы не говорили про проклятие? – нервно огрызнулась я, моментально вспотев. – И других больше интересовал титул?

От их взглядов стало резко не по себе, и я вспомнила, что вообще-то вокруг никого нет, мы одни, и… ну да, братцы обещали вести себя прилично, но они же принцы: как дали слово, так и возьмут обратно!

– А тебя интересует что-то другое? – подхватил Оллер. – Что, Эрианор?

– Моя жизнь, например, – буркнула, не собираясь изображать дальше вежливость. – И мое будущее."

"Устала каждую минуту следить за словами, интонацией, поведением. Устала, что приходится додумывать, выискивать возможность узнать, выспрашивать, нервничая, а не слишком ли глупые вопросы задаю. Хочу просто жить, знакомиться с новым миром, его возможностями, искать свое место здесь. Но, похоже, мечты, мечты…

– Эрин, с твоей жизнью ничего не случится. – На плечи легли теплые ладони, а около уха раздался голос Темного – и как так бесшумно приблизился?! Я дернулась, но, естественно, никто мне не дал отойти. – Ты не умрешь, птичка моя. И с будущим твоим тоже все будет в порядке…

– Сколько у вас попыток избавиться от проклятия и обязательно ли условие, что только один из вас должен жениться на разноцветной? – крайне невежливо перебила я и все-таки отошла на шаг от слишком быстрого Оллера, развернувшись к нему. – И пожалуйста, я хочу услышать нормальный ответ.

Не знаю, что подействовало, мой решительный тон, такое же выражение на лице или что-то еще, но Йен ответил.

– Попыток десять, это девятая, и я уверен, последняя, а условие лично нам все равно, соблюдать его или нет. – Последние слова были сказаны таким легкомысленным тоном, что я в который раз за вечер растерялась. Да еще и улыбка, от которой сердце начинало ускоряться, как под адреналином… – Потому что ни я, ни Оллер не собираемся больше позволять Ниалоне решать за нас нашу же личную жизнь. Точнее, уже семейную.