Принц Темный, принц Светлый…

 – Кто первый с Эрин танцует? – поинтересовался, метнув на брата быстрый взгляд.

Он подмигнул и тоже взял бокал.

– В прошлый раз был ты, Темный. Так что теперь я, – заявил нахал, но я спорить не стал.

Справедливо, если решили не соперничать, вредничать не буду. Объявили появление семейства ЛасГалленов, и наши с братом глаза замерли на тоненькой фигурке, появившейся на пороге зала. Ох… пришлось срочно сделать второй глоток прохладного вина, и большой такой. Эрин выглядела сногсшибательно в фиолетовом платье с открытыми плечами и маленькими рукавами-фонариками. И провоцирующей шнуровкой спереди! Нет, ну что творит, несносная хулиганка! И лицо строгое-строгое, и брови нахмурены! Кстати, эта прическа ей очень идет – уложенные венком волосы, а остальные локоны спадают сзади роскошным водопадом, открывая изящную шейку. О да, сразу нахлынули воспоминания вечера, и какая она чувствительная у Эрин… Я спешно перевел взгляд на чинно сложенные руки лианоссе, затянутые в длинные перчатки. Если увидит, как заблестели мои глаза, сразу поймет, о чем думаю, а если не возьму себя в руки немедленно, то и остальные гости узнают! Олли, Иррохова печенка, мы же договорились вести себя прилично! Ухаживаем, а не соблазняем!

Пара глубоких вздохов, и я немного пришел в себя. Рядом шумно выдохнул Йен.

– Тоже шнуровка понравилась? – не удержался от ехидной реплики.

– Интересно, специально дразнится? – протянул Светлый, прищурившись. – С такими цветами и такой откровенной провокацией – подозреваю, это маленькая месть нашей гордой лианоссе. – В глазах брата появился хищный блеск.

– Поддадимся? – как можно безразличнее поинтересовался я, а у самого в крови уже взыграл охотничий азарт.

Думаешь, все продумала, маленькая? О нет, певунья моя, глубоко ошибаешься! Я помню, что ты Йену говорила тем вечером, прекрасно помню. Не дождешься, наивная моя.

– Поиграем, – в тон мне ответил Светлый, медленно улыбнувшись.

Да, поиграем, Эрианор. Тем временем она, заметив нас с Йеном, направилась прямиком к нам. Я, как завороженный, наблюдал за ее плавной походкой, любовался вздернутым подбородком и невозмутимым личиком, на котором только ярко блестевшие глаза выдавали волнение. В груди разлилось тепло: мы ей небезразличны! Лишнее подтверждение этому радовало несказанно. И то, что она сразу к нам подошла, тоже кое о чем говорило. Эрианор остановилась в трех шагах, кончиками пальцев взялась за юбку и присела в низком реверансе.

– Принц Йен, принц Оллер. – О, этот ее чуть хриплый голосок! Такой спокойный, сдержанный. – Добрый вечер.

Для кого добрый, моя хорошая, а для кого и не очень. Но я учтиво поклонился, аккуратно взял изящную кисть – ага, вздрогнула, едва заметно, но все же! – и деликатно коснулся губами прохладного шелка.