Мой темный принц

Я молча кивнул, намеренно вставая у нее на пути, пока она передвигалась по кухне. Ее нижняя часть бикини бессистемно задиралась между задницей, а соски были острыми и прямыми, как два крошечных бриллианта. Мне захотелось взять их в рот через ткань и показать ей, что ее мозг может меня ненавидеть, но ее тело не разделяет этих чувств.

Брайар дернула за ручку посудомоечной машины и начала складывать в нее стаканы для коктейлей.

— На что ты смотришь?

— Хочешь помочь?

— Ты можешь помочь мне, если упадешь замертво. — Все еще приседая, она пощупала поверхность над головой, нашла фужер и поставила его в посудомоечную машину. — Там было совершенно унизительно. Ты говорил, как мой отец.

— Не обижайся, но твоему отцу было бы наплевать. Он бы позволил тебе сесть за руль. Мне не все равно, поэтому я оберегаю тебя от опасности. Через несколько недель ты снова сможешь водить машину. Я ничем не рискую. А пока я могу отвезти тебя куда захочешь. Будь своей маленькой сучкой. Это будет весело. — Я остановился, чтобы подумать об этом. — Ну, для тебя, по крайней мере.

— Где была эта энергия, когда мои родители отреклись от меня в восемнадцать лет?

— Она все еще была там. Просто мне пришлось много чем жонглировать, и я был перегружен. Я был ребенком, Брайар.

Поступил бы я сегодня иначе? Да. Мне бы хотелось думать, что да. На самом деле я знаю, что не бросил бы ее, если бы мог повернуть время вспять. Я бы многое сделал по-другому. Я бы сказал Себастьяну, чтобы он отвалил, когда он предъявил требование. Я бы позволил ему остаться в Англии. Я бы не столкнул его с лодки.

Но ретроспектива - это 20/20.

Возможно, последние десять лет я просто говорил себе то, во что хотел верить.

Брайар захлопнула посудомоечную машину и нажала несколько кнопок, пока та не зажужжала.

— Почему ты врешь всему миру?

Я облокотился на прилавок с противоположной стороны, просто наблюдая за ней и наслаждаясь каждой секундой.

— Ты должна быть более конкретной, чем это. — Я окинул взглядом ее восхитительное тело с ног до головы. — Я много лгу."

"Я никогда не понимал одержимости Зака и Ромео искусством, но сейчас признал, что они могли что-то понять. На некоторые вещи можно смотреть вечно и никогда не насытиться.

— Ты врешь своим друзьям, что ты тупица и воздушная башка. — Брайар повернулась ко мне лицом. — Ты ничего из этого не представляешь.

— Так проще. Меньше ожиданий. Меньше давления.

— Раньше у тебя никогда не было проблем с давлением. — Она прищурилась на меня, прислонившись к той же стойке, на которую опирался я. — Что произошло между тем временем и сейчас?

Фритюрница закончила работу и просигналила, чтобы я открыл ее. Я проигнорировал ее.

— Я потерял веру в то, что поступлю правильно, — прорычал я.

Это была правда. Тот год испортил меня.

Брайар кивнула.