Мой темный принц

— Пора прекратить это дерьмо. Вы перегнули палку. Очень сильно.

Фэрроу сделала паузу, палец завис достаточно долго, чтобы она фыркнула.

— А мы переступили?

Даллас покачала Луку вверх-вниз.

— Ты попросил меня помочь Брайар. Я помогаю Брайар. Если бы мы положились на тебя, она бы не восстановила память еще лет десять.

Вот это идея.

Я провел рукой по волосам.

— Ты не должна была увозить ее с моей территории, тем более в другой штат. Ты понимаешь, насколько она нежная? Это не гребаная игра. А если бы я ей понадобился?

— Похоже, ты был ей очень нужен на протяжении всей жизни, а тебя все не было. — Фэрроу прищурилась, засовывая телефон в карман. — Не притворяйся, что тебе вдруг стало не все равно.

Она, конечно, была права. Это был мой вечный позор. Но пока она была в Европе, а я сам себе запретил искать ее, мне удалось загнать чувство вины на периферию мозга. Теперь, когда она была передо мной - ослепительная, прекрасная и до чертиков любимая, - чтобы оторвать меня от нее, нужна была амнезия.

Я смочил губы и вдохнул.

— Это последний раз, когда вы двое берете Брайар куда-либо без моего разрешения. Мне пришлось сорвать целое гребаное заседание совета директоров, чтобы оказаться здесь.

— О чем ты говоришь? — Даллас фыркнула. — Ты как я. Ты даже никогда не встречался с работой, не говоря уже о том, чтобы держать ее в руках.

Черт.

Правда выскользнула наружу, как фотография члена, случайно отправленная в групповой чат с кучей вложений. (Урок усвоен. Отправляйте по одной фотографии за раз.)

Даллас и Фэрроу уставились на меня, ожидая объяснений.

У меня подпрыгнул мускул на челюсти.

— Не думаю, что вы знаете меня, когда речь идет об этой женщине."

"— Мне кажется, мы вообще тебя не знаем, — согласилась Фэрроу. — Я начинаю понимать, что у тебя есть работа, что ты не так уж глуп и способен на чувства.

Сейчас было не время говорить обо мне.

— Еще раз затеете это дерьмо с Брайар, и я превращу жизнь всех на Дороге Темного Принца в ад. Вы не должны перечить мне, когда дело касается этой женщины. Не подвергайте ее риску. Не принимайте глупых и необдуманных решений. Она моя подопечная. Моя ответственность. Я должен ее защищать. — Я посмотрел между ними. — Я ясно высказался?

Даллас и Фэрроу обменялись взглядами. Они никогда не видели меня таким. Я никогда не видел себя таким. Я даже не знал, что меня это так волнует.

Но когда я понял, что они забрали ее, я думал только о том, что если.

Что, если она боялась летать? Что, если она чувствовала себя одинокой? А вдруг самолет разобьется? Что, если кто-то сказал что-то обидное? Что, если она ничего не помнит и ушла разочарованной? Что, если она все вспомнила, а меня не было рядом, чтобы обнять ее?

Наконец, после некоторого молчания, лицо Даллас украсила тошнотворно-сладкая улыбка.