Мой темный принц

— На его лице промелькнуло недовольство. — Меня прекрасно понимают. Вполне понятна горечь.

Собаки завиляли хвостами и обступили нас, почувствовав глубину момента.

— Мы столько лет живем в одном доме, и я никогда не видела тебя таким? — прошептала я.

Он облизнул свою разбитую верхнюю губу.

— Хм, — последовал его неопределенный ответ.

— Когда это случилось?

— Пятнадцать лет назад.

Пятнадцать лет назад.

Сейчас ему было за тридцать. Он провел половину своей жизни в этих стенах, вдали от цивилизации.

Я обхватила его лицо руками.

— И ты сидишь здесь целый день один?

Он лишь слабо кивнул.

О, Себ.

У него все еще был тот же великолепный загар. Должно быть, он каждый день часами сидел у окна и смотрел на мир, который жил без него.

— Так будет лучше. — Должно быть, он почувствовал мое сомнение, потому что поспешил объяснить. — Каждый раз, когда моя мать видит меня, она начинает безудержно плакать. Отца вырвало, когда он впервые увидел мое лицо после аварии. Оливер - единственный, кто может спокойно смотреть на меня, и даже он делает это, потому что у него нет выбора."

"Что он имел в виду? Почему у Олли не было выбора? В моем мозгу пронеслось множество вопросов, но вместе с тем и облегчение.

Внутри меня поднималось чувство вины. Я не могла сдержаться, чтобы не опустить плечи от осознания того, что Оливер, должно быть, хранил этот секрет для своего брата. А не потому, что не любил или не доверял мне.

— Прости, что я повторяюсь, но... что с тобой случилось, Себ?

Он сжал мое запястье, убирая мои руки от своего лица. Я чувствовала, что ему было тяжело отвергать единственное человеческое прикосновение, которое он испытывал за последнее время.

— Сейчас не время. Не могу поверить, что показал тебе свое лицо. Господи. — Он оторвался от меня и зашагал по просторной комнате, качая головой в недоумении. — Ты не можешь рассказать Оливеру.

— Почему?

Разве Оливер не был бы счастлив, что мне удалось связаться с Себом? Поговорить с ним? Они были братьями, ради всего святого.

— Он разозлится из-за того, что я показал тебе свое лицо, и запишет меня на Met Gala в этом году.

— Я скажу ему, что у меня ушли месяцы на то, чтобы уговорить тебя на это, — пообещала я.

Себастьян покачал головой.

— Он также не будет рад нашему разговору. Он будет бояться, что я все испорчу для него. Теперь, когда ты его, он никогда тебя не отпустит.

— Теперь, когда я его? — Я вытерла пыль пальцем, проведя им по краю рамы кровати. — Что ты имеешь в виду?

Как долго длился наш первый разрыв?

— Черт. — Себ хихикнул. — Я имел в виду, что теперь, когда тебя выписали и ты оправилась от ранения.

— Ты не это имел в виду. — Я посмотрела на него.

Он пронзил меня своим взглядом.

— Я не твой парень, Брайар. Ты не можешь заставить меня говорить.

Очередная мигрень ворвалась в мой мозг.