Гарри Поттер и Принц-полукровка

В полнолуние он подбирается как можно ближе к жертвам, чтобы напасть наверняка. Всё планирует… Волдеморт именно его избрал среди оборотней главным. Сероспин утверждает, что оборотни имеют право проливать кровь и должны мстить нормальным волшебникам. Все мои безупречные доводы против него бессильны.

— Но вы нормальный! — сердито запротестовал Гарри. — У вас просто… э… проблема…

Лупин расхохотался."

"— Иногда ты сильно напоминаешь Джеймса! На людях он называл это моей «маленькой пушистой проблемкой». У большинства складывалось впечатление, что я держу скверно воспитанного кролика, — Лупин с благодарностью принял у мистера Висли стакан с яичным коктейлем и при этом выглядел куда более жизнерадостным, чем прежде.

Гарри ощутил прилив вдохновения: упоминание об отце заставило вспомнить вопрос, который давным-давно хотелось задать Лупину.

— Вы слышали что-нибудь о Принце-полукровке?

— Каком полукровке?

— Принце, — Гарри пристально посмотрел на собеседника в надежде, что тот вспомнит.

— Среди волшебников нет принцев, — улыбнулся Лупин. — Хочешь присвоить сей титул себе? По мне так «Избранного» вполне достаточно.

— Я тут ни при чём! — возмутился Гарри. — Принц-полукровка когда-то учился в Хогвартсе, мне досталась его старая книга по Алхимии, вся исписанная заклинаниями собственного изобретения. Одно из них — Левикорпус…

— О, оно было очень популярно, когда я учился, — припомнил Лупин. — На пятом курсе, в течение нескольких месяцев, стоило только куда-нибудь выйти — и ты оказывался в воздухе, подвешенным за лодыжку.

— Я видел в думоотводе, как мой отец использовал Левикорпус . Он заколдовал Снэйпа.

Гарри старался говорить обыденным тоном, словно о чём-то незначительном, но, видно, у него не получилось: Лупин понимающе заулыбался.

— Да, однако не один Джеймс использовал Левикорпус . Я уже говорил, в то время заклинание пользовалось популярностью… Сам знаешь, как быстро заклинания появляются и исчезают…

— Но, похоже, Левикорпус изобрели, когда вы учились в школе, — не унимался Гарри.

— Необязательно. Заклятья входят и выходят из моды, как и всё остальное, — Лупин внимательно вгляделся в лицо собеседника и тихо произнёс: — Джеймс был чистокровным, Гарри, и, клянусь, никогда не просил называть его «Принц».

— И это не вы и не Сириус? — позабыл о напускном равнодушии Гарри.

— Определённо, нет.

— Нет… — Гарри уставился на огонь. — Просто подумалось… ну, он очень помог мне в Алхимии, этот Принц…

— Сколько книге лет, Гарри?

— Не знаю, не проверял.

— Что ж, возможно, дата подскажет, когда именно твой Принц учился в Хогвартсе, — предположил Лупин.

Некоторое время спустя Флёр решила спеть «Котёл горячей и крепкой любви», подражая Селестине.