Гарри Поттер и Принц-полукровка

Он напрочь забыл, что дом номер двенадцать на площади Угрюмолд теперь его собственность.

— Точно, это же мои вещи! То-то Мандангус не обрадовался встрече! Придётся рассказать обо всём Дамблдору. Флетчер только его и боится."

"— Вот и славно, — прошептала Эрмиона, довольная, что Гарри остыл. — Рон, ты чего там высматриваешь?

— Ничего, — отозвался Рон, поспешно отводя глаза от бара.

Но Гарри знал — его друг пытался встретиться взглядом с фигуристой привлекательной барменшей, мадам Розмертой, к которой давно был неравнодушен.

— По-моему, это «ничего» разливает огневиски в конце зала, — язвительно заметила Эрмиона.

Рон не ответил на колкость и демонстративно потягивал свой напиток в молчании. Гарри думал о Сириусе и о том, что тот всё равно терпеть не мог эти серебряные кубки. Эрмиона барабанила пальцами по столу, поглядывая то на Рона, то на бар. Дождавшись, когда Гарри опустошит свою бутылку, она предложила:

— Итак, будем считать, что день закончился, и пойдём назад?

Парни согласно кивнули — прогулка оказалась неинтересной, а погода ухудшалась с каждой минутой. Они вновь потуже завернулись в плащи, замотали шарфы, надели перчатки и вслед за Кэти Белл и её подругой двинулись из паба по Хай Стрит. Пока друзья брели по замёрзшей грязи, шаг за шагом приближаясь к Хогвартсу, мысли Гарри то и дело возвращались к Джинни. Так и не встретились… Ну, конечно, думал Гарри, они с Дином, небось, уютно устроились в чайной госпожи Лапулис, излюбленном заведении счастливых парочек. Нахмурившись, он нагнулся навстречу мокрому снежному вихрю и поплёлся вперёд.

Гарри не сразу заметил, что голоса Кэти Белл и её подруги, которые доносил до него ветер, стали пронзительными и громкими. Всмотревшись в неясные силуэты впереди, он понял — девушки ссорились из-за какого-то предмета у Кэти в руках.

— Это не твое дело, Линн! — услышал Гарри.

Они повернули за угол. Мокрый снег валил не переставая, залепляя очки, и Гарри поднял руку в перчатке, чтобы протереть их; именно в этот миг Линн схватила пакет, который держала Кэти, та дёрнула его на себя — и свёрток полетел на землю.

Кэти вдруг взмыла в воздух. Но не как Рон — смешно, вверх тормашками — а плавно и грациозно, раскинув в стороны руки, будто собираясь полететь. И всё же что-то в этом зрелище было неправильным… пугающим… Свирепый ветер разметал волосы девушки, однако она словно ничего не замечала — закрытые глаза, безучастное лицо. Гарри, Рон, Эрмиона и Линн замерли на месте.

Поднявшись над землёй на шесть футов, Кэти испустила ужасный вопль. Глаза её широко раскрылись, и — что бы она там ни видела, что бы ни чувствовала — это, несомненно, причиняло ей ужасные страдания.