Принц Ардена

Нора заходила к нему, помогала купаться и переодеваться, приносила еду. Томас отчитывался обо всех дворцовых делах, а лорд Грей держал его в курсе всего, что происходит на заседаниях Совета. Пару раз его навещал Алистер с семьей. Накануне вечером в Вайтхолл прибыл гонец с письмом от Джоанны, и Рэндалл готов был приложить Уилла по голове за то, что тот проболтался жене о его ранении."

"И только один человек не навестил его и не справился о самочувствии.

Но, видно, ее нежелание видеть его было поистине велико.

Рэндалл старался не думать о ней. Так сильно старался, что по ночам ему постоянно снился заснеженный лес, пропитанный ароматами хвои и мяты. И мерещились прикосновения холодных пальцев, которые чудесным образом забирали боль.

В комнату вошла Нора, держа поднос, на котором дымилась кружка с горячим отваром.

– Ваше Высочество, пора выпить лекарство.

Эта рыжая бестия по-прежнему обижалась на него и вела себя так подчеркнуто вежливо и холодно, будто они не были друзьями и любовниками на протяжении многих лет.

Она дождалась, пока Рэндалл выпьет лекарство, и забрала кружку из его рук.

– Желаете что-нибудь еще, Ваше Высочество? – спросила она сухим тоном, уже собравшись уходить.

– Нора, – тихо произнес он, – пожалуйста, прости меня. В тот день я не должен был срываться на тебе.

Она тяжело вздохнула и, присев на край кровати, погладила его по волосам.

– И ты прости меня за то, что все эти дни вела себя как гордая гусыня. Я в самом деле переживала за тебя.

Рэндалл слабо улыбнулся и поцеловал ее руку.

– Как ты себя чувствуешь?

– Полегче. Маркусу удалось устранить воспаление.

Нора покачала головой:

– Я не об этом.

– О чем тогда?

– О тебе и твоей жене. В тот день ты явно разгромил комнату из-за ссоры с ней. Не хочешь поделиться?

Он отвернулся к окну и холодно ответил:

– Нечем делиться.

– Рэндалл… Прекрати строить из себя ледяное изваяние. Я же вижу, как ты встревожен и опечален.

– Она хочет развода, – обреченно опустив голову, едва слышно произнес он. – А я… я…

Слова, которые он хотел произнести, так и застряли в горле.

– Развод? Ты в этом уверен?

– Да. Она сказала, что я, презренный бастард, противен ей. – Рэндалл поднял взгляд, полный грусти и боли. – Но я не могу дать ей то, что она просит. Алан будет в гневе. А в нынешних условиях я не могу портить с ним отношения и терять союзника в лице северян.

– Что-то мне подсказывает, что тебя беспокоит вовсе не союз с северянами и отношения с отцом. Тебя ранит якобы безразличие Авроры.

Рэндалл усмехнулся.

– Якобы безразличие? Нора, она не просто безразлична. Она меня ненавидит и презирает!

Рэндалл больше не мог делать вид, что ему все равно. Он мог обнажить перед Норой душевные раны, что мучили его гораздо сильнее, чем отравленная стрела.