Принадлежать им

— Во-первых, время. Три месяца?

Костик, пробравшийся в вип следом за мной, пытается сесть рядом, но я демонстративно дергаю плечом, и интеллигент холодно приказывает:

— Стой там, говнюк.

Я слышу, как Костик захлебывается воздухом… И ничего не отвечает. Молча стоит там, где ему приказали. Ничтожество. Как я раньше не замечала ничего?

— Да, конфетка, примерно три месяца, — кивает громила, — плюс-минус.

— И вы меня отпустите?

— Конечно, — пожимает он плечами.

— Долг закроете?

— Полностью.

— И родителей моих не будете трогать?

Громила на мгновение словно бы задумывается, и я замираю, впиваясь в него взглядом.

— Нет, конфетка, — наконец, говорит он, — никто никого не тронет. Если ты будешь послушной.

— Х-хорошо, — мой голос подрагивает, и пальцы тоже, но я сцепляю их перед собой, унимая тремор, — дальше… Что я должна буду делать? Сколько раз в неделю с вами встречаться, график хотелось бы…

— Ты не поняла, конфетка, — обманчиво ласково улыбается громила и подается вперед, как-то очень резко сокращая расстояние между нами. Стол больше не кажется мне надежной защитой. — Никаких графиков. Ты должна быть в доступе постоянно. Потому жить ты будешь у нас.

— Но… — я даже теряюсь, этого точно не ожидала! — Но это неприемлемо! Я в общаге живу! Если я съеду, то потеряю место!

— Это решаемо, конфетка. — Спокойно отбивает громила, — и не обсуждается.

Я молчу, обескураженная.

Жить с ними я точно не намеревалась!

Растерянно смотрю то в темные глаза громилы, то в холодные отблески очков интеллигента… И понимаю, что спорить бессмысленно.

— Ладно, — сглотнув, киваю я.

— Мы договорились, конфетка? — вкрадчиво уточняет громила.

Я хотела обсудить что-то еще, но все из головы вылетает. И потому просто киваю.

Кошусь на телефон, где все еще включена запись, очень хочется раскрутить их на что-то такое, на какое-то признание, которое потом можно будет использовать в суде, но… Но инстинкт самосохранения работает на полную катушку.

А то, что я успела найти по братьям Жнецам, пока стояла на улице и лихорадочно искала выход из ситуации, не добавляет оптимизма. Мне даже в дарк не надо было лезть, все на поверхности плавало.

И, судя по тому, что я нарыла за пять минут буквально, просто серфя в интернете, братья Жнецы — реально звери и отморозки. А громкое дело десятилетней давности, двойное убийство крупного криминального авторитета Анатолия Жнеца и его жены, до сих пор вызывает много вопросов, несмотря на доказанное обвинение старшего сына Жнеца, Артема. Скорее всего, вот этого самого громилы, что так ласково улыбается мне сейчас. Его младший брат, Сергей, проходил соучастником, но его вину не доказали. На тот момент братьям было 22 и 20 соответственно.