Принадлежать ему (ЛП)

Сейчас ночь, но я знал, что он еще не спит.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает он, наблюдая, как я целую пальцы, а затем прижимаю их к фотографии моей мамы. — Ты пришел за советом? Я знаю, у тебя должен быть важный день с Джей. — Он шевелит бровями, и я стону.

Я смотрю на свои часы, думая, насколько я оставил ее одну. Знаю, что несколько раз проверял замки и убедился, что охранник в здании знает, что никого наверх не пускать. Я, наверное, мог бы позвонить и проверить, все ли с ней в порядке, но это должно быть сюрпризом. Беспокойство нарастает, и я задаюсь вопросом, как быстро я смогу к ней вернуться. Что, если снова что-то произойдет?

— Джордан! — Тон моего отца вырывает меня из моих мыслей. — Садись. Я знаю, почему ты здесь. — Я пытаюсь прервать его, но он поднимает руку, заставляя меня остановиться. — Ты знаешь, как сильно я любил твою маму.

Я киваю, ожидая, когда он перейдет к делу.

— Она была моим миром, пока не появился ты. Потом это изменилось. Она была абсолютным светом нашей жизни. Я не знал, что такое любовь, пока она не подарила ее мне. Я не знал, каково это, когда кто-то поглощает все твое существо, заставляя поклоняться каждой частички чьей-то души.

— Я знаю, па. Она тоже любила тебя.

— Тогда послушай меня, когда я скажу, Джордан. — Он опускает книгу рядом с собой и наклоняется вперед. — Если ты любишь Джей так, как я люблю твою маму, не забирай у нее свет.

Я в замешательстве и открываю рот, чтобы заговорить, но он снова останавливает меня.

— У Джей внутри есть свет, совсем как у твоей мамы. Свет настолько яркий, что ты не можешь не тянуться к нему. Он поглотит каждую частичку тебя, к которой прикоснется, и заставит тебя почувствовать тепло, которого ты и представить себе не можешь. Но если ты встанешь над ней и задушишь его, он погаснет.

Он пристально смотрит на меня, и я чувствую боль в груди.

— Вы оба прошли через нечто травмирующее, но жизнь не останавливается. Ты не можешь предсказать будущее, и ты не можешь изменить прошлое. — Я вижу, как в его глазах появляются слезы. — Я бы отдал все, что у меня есть, за еще один день с твоей мамой, но жизнь в страхе, что то же самое может случиться с тобой, не чтит ее память.

— Я знаю. Она бы хотела, чтобы ты был счастлив, — признаю я.

— Она бы хотела, чтобы я жил, — говори он. — Я беспокоился о тебе каждый раз, когда ты садился после аварии в машину. Каждый раз, когда я видел шрам на твоем лице, это было напоминанием о том, что мы оба потеряли. Но я не мог помешать тебе садиться в машины. Это было бы несправедливо по отношению к твоему духу. И это несправедливо по отношению к Джей.

Он прав. Я опускаю голову на руки и делаю глубокий вдох.

— Прошла неделя, но я вижу, как ты изолировал ее. Не позволяй этому продолжаться, Джордан.